«13 января 1666 г.
Схемердаль, Провинция Его Королевского Величества Нью-Йорк
Прошло два месяца с тех пор, как я избавил Хексенвауд от ведьмы. Наверное, не было на свете колдуньи, которая более нее заслуживала казни. Даже Хопкинс и Стерн[11] не видели таких злодеяний.
Преступления ведьмы связаны с камнем, стоящим около ее жилища, с чудовищной уродливой скалой, каких не встречается в этой местности. Я своими глазами видел, как женщина совершала перед этим камнем идолопоклоннические ритуалы, занималась черной магией, вызывала демонов. Мой суд был скорым. Ведьма была сожжена на следующий день. В процессе не было необходимости – ее раздвоенный язык не смог бы сказать ничего такого, что изменило бы мое решение. Я видел то, что видел. Я дал клятву очистить владения Его Величества от колдунов и папистов. Я сдержал свое слово.
И все же мне страшно.
Я слышал, как она бормотала, когда пламя охватило ее одежду. Она ни разу не вскрикнула от боли. Она ни на миг не отвела от меня взгляда. Я никогда не забуду дьявольского удовлетворенного выражения, которое появилось на ее лице после того, как она закончила произносить заклинание.
Я проклят и обречен на вечные муки.
Это не суеверие; так сказал мне демон. Он называет себя Базилиус. Демон пришел ко мне во сне в ночь после смерти ведьмы. Это рогатое существо, похожее на шакала; он шаркал, как нищий, и держал в руках шкатулку из черного дерева с костяной ручкой. Он говорит, что я, Амброз Дрейкфорд, проклят, а он, порождение ада, – хранитель моего проклятия. Теперь моя судьба связана с Хексенваудом и нечестивым камнем, скрытым в чаще леса. Обязанности ведьмы перешли ко мне. Если я не смогу выполнить возложенную на меня задачу, мне придется заплатить высокую цену.
В мою кровь проникла болезнь. Сейчас, когда я пишу, меня уже лихорадит. Базилиус говорит, что избавиться от заразы можно, лишь закончив дело ведьмы. Самая настоящая сделка с дьяволом. Амброз Дрейкфорд может либо спасти свою шкуру, либо разрушить замыслы ведьмы, намеревавшейся каким-то образом навредить людям.
Я сделал бы выбор не колеблясь, если бы речь шла только обо мне, но, увы, это не так. Базилиус – с немалым удовольствием – сообщил мне, что проклятие поразило не только меня, но и весь мой род. Пока задача ведьмы остается невыполненной, болезнь будет передаваться от моих детей к внукам и правнукам. Я схожу с ума при мысли о том, что Генри и Эдвард – или, не дай бог, крошка Шарлотта – будут страдать так, как я.
И поэтому я вынужден был сделаться учеником ведьмы. Я собрал ее уцелевшие пожитки, попытался разобраться в них и, пользуясь советами демона-хранителя, начал действовать…
А. Дж. Д.».
