Даже к следующему вечеру я могла восстановить в памяти всё, до мельчайшей детали того странного депо, хотя, обычно, сны я забываю уже к обеду.
Сон всё ещё не выходил у меня из головы. Я была увлечена им настолько, что вся моя реальная жизнь слегка померкла и помутнела, перестав быть такой уж реальной.
Я сидела на том же диване в гостиной, на котором и проснулась, раз за разом пытаясь снова осознать и вернуть себя, осознать и принять окружающее меня пространство.
Для начала, осознать себя, а уж потом стремиться мыслями наружу. Итак, кто же я? Невысокая, довольно худая блондинка, с серыми и невзрачными глазами. Короткая стрижка и вечные джинсы с толстовкой – пацанка, в общем. Про таких, как я, обычно говорят “ничего особенного”. Да, такой вот непримечательный человек, двадцати лет отроду.
Деятельность моя тоже ничего особенного из себя не представляет. Уже пару лет работаю продавцом, в зоомагазине. В свободное время я делаю игрушки из искусственного меха – это занятие успокаивает и создаёт уют.
Из друзей – только пара девочек с работы, если их, конечно, можно назвать громким словом «друзья». Скорее, приятельницы.
А ведь, когда-то у меня были мечты. Далёкое будущее казалось чем-то прекрасным и возвышенным, полным приключений, интересных людей… Опять же, классная работа. Я так мечтала об этом всём, что иногда мне это снилось. Чем ближе становилось окончание школы, тем больше мы с родителями углублялись в выбор профессии. Мать и отец поддерживали меня во всём и с радостью приняли моё решение стать архитектором.
Я прекрасно помню, как шла поступать в университет с высоко поднятой головой и горящими глазами, взгляд которых был устремлен всё в то же светлое и прекрасное будущее.
И первые пару лет мне казалось, что мир принадлежит мне, что я смогу абсолютно всё, доберусь до любых высот, и ничто не сможет мне помешать. Но время шло, а жизнь понемногу наваливалась всем своим весом. Когда мне стукнуло восемнадцать, я осознала, что детство окончательно и бесповоротно кончилось.
Испортились отношения с родителями, а потому мне пришлось устроиться на работу, пренебрегая учёбой, чтобы иметь возможность снимать квартиру. Постепенно, в университете начали копиться задолженности, причём, по всем предметам сразу. Преподаватели терпением не отличались, поэтому, с третьего курса меня отчислили, особо не церемонясь.
И вот, я осталась одна, в небольшой квартирке, где я сегодня и проснулась от своего странного, до ужаса правдоподобного сна. Стало как-то грустно от осознания того, что у меня больше никогда не получится так непринужденно смотреть в будущее, как в детстве, и ждать от жизни чудес.
Обстановка вокруг не отличалась изысканностью и особым порядком. Я редко бывала дома, а ещё реже – убиралась или покупала что-то красивое для интерьера. К тому же, в одну, пусть и просторную, комнату было упихано совершенно всё, что мне было нужно. Диван, на котором я и спала, и принимала редких гостей, перед ним – небольшой письменный столик с ноутбуком. Письменный стол в углу, за которым я занималась своим хобби. Рядом со столом и под ним, в пакетах и коробках хранились материалы для рукоделия. Потрепанное, но любимое кресло под окном. Ну и, разумеется, приличных размеров книжная полка.
Для полноты картины, стены комнаты были оклеены довольно старыми, видавшими виды и чьих-то детей обоями в цветочек. А освещения хватало с лихвой только для того, чтобы подчеркнуть, насколько печален интерьер моей комнаты.
Окинув взглядом своё жилище, для пущего счастья, расположенное в дальнем Подмосковье, я только вздохнула. Пожалуй, от жизни такой, действительно, неплохо было бы убежать во сны.
Большая часть дня прошла в размышлениях. Я лишь несколько раз смогла выдернуть себя из воспоминаний, чтобы заняться домашними делами. Остальное же время я смотрела старые фото времен школы, а потом и института, и не могла поверить, что жизнь моя повернулась именно так.
К вечеру я чувствовала себя уставшей, будто после тяжелого физического труда. Разумеется, все эти воспоминания расстроили меня. В итоге, спать я легла, чувствуя себя полной неудачницей.
***
Первое, что я увидела, открыв глаза – самое ненавистное мной здание – моя школа. Нет, в целом, детство для меня было прекрасным и волшебным временем. Но вот школа… Жуткое место. Другие дети не любили меня за то, что я всегда старалась соблюдать правила, и была, при этом, не самым общительным ребенком. Ну и как я сюда попала? Совершенно не помню.
Я посмотрела на здание с подозрением и решила, что лучшей идеей будет зайти, а не стоять истуканом. Возможно, внутри память прояснится, и я начну понимать хоть что-то. Пока я шла к школе, внутри у меня билось странно знакомое ощущение. Чувство было совершенно непонятным. И откуда я его знаю?
