Маг резко поднял голову от документа. Таким взглядом, как у него, можно было забивать гвозди. Наверное, она это заслужила, но, по правде, все-таки не подготовилась к тому, что всегда добрый Джо вдруг будет смотреть так.
— А о чем я думаю? — спросил он. И его спокойный голос очень контрастировал с убийственным взглядом.
— Э-э… — Мэри на мгновение запнулась, а потом шагнула ближе к Джону. — Тот человек правда мой муж. Но наш брак может быть расторгнут через год, если не будет подтвержден. Или я могу через год подать на развод. Ведьмам это можно. Понимаешь?
Джо покачал головой и снова уставился в документ у себя в руках. У него заходили желваки. Он прочистил горло и прочел:
— «Маг считается гарантом безопасности женщины, открывшей лавку, а также обязан содействовать ее закреплению в городе ради здоровья и блага жителей королевства Терри. За нарушение клятвы маг карается иссушением рук…»
— Да, я знаю, что там написано, — перебила Мэри и решила тоже пойти в наступление, в конце концов, что ей терять. — В документе ничего не сказано о том, замужем ведьма или нет. Потому что это неважно.
— Важно! — не выдержал Джо и повысил голос. — Ты сейчас живешь со мной! Я молчу о том, как это выглядит со стороны. Но как это все выглядит с точки зрения закона? Ты знаешь? Вот я — нет. Хотя понимаю, что твой муж может и тебя забрать, и меня спровадить со службы. Несколько жалоб, одна тяжба — и пожалуйста, Джонатан Борк уволен за аморальное поведение. И я уж молчу про отсушенные руки!
— Неправда, — возразила Мэри, ее потряхивало еще со вчерашнего дня, но сейчас руки стали совершенно непослушными. Она не совсем понимала, что происходит, только вот насчет законов кое-что знала. — Нет таких законов, которые бы упоминали аморальное поведение. Таких формулировок ты не встретишь нигде.
— И что, что не встречу, Мэри? Это же личные отношения, играет роль мораль, мнение общества и прочая дребедень. Но важно другое: ни один король не захочет, чтобы ему служили аморальные люди. Маги короля не должны портить репутацию его величества.
— Ты преувеличиваешь, — упрямо сказала Мэри.
В ее представлении маги могли делать совершенно все, и закон им был не писан. В половине тех указов и кодексов, которые она прочла, стояли сноски, что маги при исполнении воли короля могут делать определенные вещи и не нести наказания.
Джо только страдальчески прикрыл глаза, а Мэри собралась с духом и снова начала говорить:
— Джо, я хочу, чтобы ты знал. Мой муж остается мужем только на бумаге. Я сбежала от него сразу после свадьбы. Нас поженили, и я сбежала.
— А раньше не могла сбежать, потому что карты не велели? — криво улыбнулся Джо, всучил ей обратно бумажку и сел за стол.
— Раньше не могла, потому что меня заперли! Я целый месяц провела в четырех стенах, и ко мне приходил один отец. — Мэри тоже села за стол и сжала кулаки, чтобы руки прекратили так дрожать. — Когда он сказал, что выбрал мне жениха, я накричала на него. И меня закрыли в комнате за непослушание. На тот момент мне еще не исполнилось восемнадцати, никакой силы мое слово не имело.
— А вот в бумажке короля не написано про возраст ведьмы, — вдруг сказал маг. — Ты могла бы ее взять и пойти куда глаза глядят еще до совершеннолетия.
Мэри нервно дернулась. Она с молоком матери усвоила, что до восемнадцати девушке лучше не проявлять самостоятельность. Мэри прочитала десятки законов и даже несколько пояснительных записок. Потому что сложно жить в доме нотариуса и не видеть ни одного юридического сборника. Да и приходили к отцу либо те, кто разбирался в праве, либо те, кому постоянно объясняли, как они ошиблись, вступив в какую-то тяжбу. Сложно расти среди этого и не знать основ. Или того, что до восемнадцати лет даже ведьмы не могут владеть ничем. В том числе лавкой. Как бы она зарабатывала на жизнь?
— Не могла. Никто не стал бы со мной иметь дело, и лавку я не могла открыть.
— У тебя же поддельные документы, разве нет? И фамилия другая, и возраст ты называла не свой.
— Нет. — Мэри отвела взгляд. — Документы выдаются на зачарованной бумаге, я не смогла бы их подделать. Но когда представляешься, обычно не требуется подтверждения. Я показала документы один раз, когда брала в аренду домик у города. Их видел только клерк.
Джо сидел со сложенными на груди руками и буравил Мэри взглядом. Удивительно даже, что маг не кричит. Она бы на себя, наверное, закричала. И в этом была проблема. Мэри понимала, что все-таки подставила Джо. Скорее всего, поэтому ее и колотит: оттого, что самой от себя противно.
— Наверное, ты не захочешь слушать подробности о моем замужестве. Но могу поклясться, что брак заключен против моей воли.
— А я бы все-таки послушал подробности, — заявил Джо.
Мэри убрала руки под стол, потому что те ходили ходуном, и быстро заговорила:
