Я подумал "А что если .." - А ну ка скатёрка, накрой нам ужин: картошечки запечённой, грибков солёных, хлебушка ржаного, четушку "Путинки", да шоколадку "Люкс" - для Забавы!
Грибочки и хлеб появились сразу, а потом скатёрка зависла, и я подумал было, не сможет; но вдруг на скатёрке нарисовалась четушка водочки, запотевшая, будто только что из холодильника, я потёр руки - Таак! - потом шмякнулась шоколадка, и, наконец, покатилась картошечка.
Таак! - потирая руки, взял картошину - Ух тыы! - я подбросил её - Горячаяаа!
Дуя на руки, я очистил картошку и протянул Забаве, она взяла и тут же обронила, обжегшись - Ой!
- Ты дуй на неё, дуй! - и, очистив вторую, показал ей, перекатывая картошину из одной ладони в другую, дул на неё.
Я откусил - Аааа! Рассыпчатая!
Забава, глядя на меня, тоже осторожно откусила и держала во рту, перекатывая языком, потом раскусила и .. заулыбалась - Вкуусная.
Ох, что ж это я! - Я взял четушку, отвернул колпачок - За твоё здоровье, Забава! - и, приложившись к горлышку, отхлебнул, сделав три глотка.
Ааээх! - крякнул я, морщась и занюхивая горбушкой ржаного, протянул водку Забаве и увидев её гримаску, заулыбался - она тоже морщилась, глядя на меня.
Забава осторожно взяла четушку, понюхала и скривила губки - Ты попробуй!
Забава поднесла к губам и, поднимая четушку рукой, обхватила горлышко губами и хлебнула ..
Я успел поймать четушку, выпавшую из её руки
- Пррфуу! - выплюнула она водку и, зажав рот и, вытаращив глаза, вскочила и кинулась к воде и, упав на колени, схватывала ладошками воду и плескала в рот и лицо.
- Грибком закуси - сказал я, когда она, плюясь и швыркая носом, подошла к костру.
Пришлось мне одному приговорить четушку, но под солёные грибочки с печёной картошечкой и ржаным хлебушком, она ушла за милую душу.
Забава тоже ела с удовольствием, а когда я прикладывался к горлышку, морщилась, но смотрела на меня с восхищением.
Когда съели картошку грибочки и хлеб я указал на шоколадку - Тебе.
Забава уже и сама приглядывалась к ней, но опасалась брать.
Я развернул шуршащую обёртку и отломил от плитки несколько долек.
- Вот так берёшь в рот, на язык и сосёшь - я положил дольку на язык - Забава сморщилась, но на моём лице было выражение удовольствия, и она сделала также.
Таял во рту Забавы шоколад - таяла от блаженства Забава. Вторая, третья и вот она уже сама отламывает от плитки дольки, нюхает и берёт в рот.
- Эээээ, всё не ешь, жопа слипнется.
- У меня не слипнется - губы и щёки вымазаны в шоколаде, она облизывает пальцы и удивлённо смотрит на скатёрку, потом умильно на меня.
- Неээт, Забава! Хватит! Завтра утром ещё попросим.
- Ну принц, ну миленький, ещё одну - она вела себя, как ребёнок, а я как строгий отец - Спать! - приказал я - хватит клянчить, не маленькая.
- Ты ужасный! Ты плохой! Ты не любишь Забаву! Ты не хочешь Забаву!
- Да хуй с тобой! Я предупреждал. Скатёрка, дай ещё одну шоколадку "Люкс" для Забавы.
На этот раз шоколадка шлёпнулась на скатёрку, едва я договорил. Забава схватила, развернула, разломала на дольки и через полминуты уже облизывала пальцы.
У меня уже слипались глаза и она, заметив это, подскочила - Сейчас, я всё приготовлю.
Она сдвинула веткой догорающий костёр, смела в сторону золу, подтянула свою сумку, достала из неё кусок сложенной ткани и, развернув, постелила на место кострища.
- Ложись, я пойду лицо и руки ополосну.
Я лёг и сразу же провалился в сон.
второй день в пути
Меня разбудило хныкание.
Забава сидела рядом со мною и трогала за плечо.
Я сел и протёр глаза. Солнце уже поднялось над верхушками деревьев леса на противоположном берегу.
Ну, что опять? Сейчас лицо ополосну и разверну скатёрку.
- Да не это. Слиплась
- Что слиплась? - сказывалось выпитое и я не сразу вспомнил вчерашнее.
- Жопа слиплась.
Я уставился на неё, всё ещё ничего не понимая.
- Я посрать не могу - грубо ответила Забава.
- Ах воон в чём дело. Слушать надо старших, дрянная девчонка.
- Ну принц, ну миленький, делать то чего, у меня уже жопа болит и живот, а посрать не могу.
Я встал - Идём к воде!
Она шла за мной.
- Становись на колени.
Забава послушно опустилась на колени, и я задрал исподку. Попка была аккуратная, девичья, невинная, с маленьким, коричневатым и сморщенным, колечком ануса. У меня аж слюнки потекли.
Я легонько шлёпнул по ягодицам - Расслабься! - ополоснул руки в воде и поплевал на средний палец правой руки. Коснувшись ануса, смазал его слюной с пальца и, снова сплюнув на палец, прижал его к анусу и медленно вдавил в жопу. Говно в комках было твёрдое и сухое. Я вытащил палец, ещё раз сплюнул на него и, снова засунув, осторожно отщипнул комочек говна и извлёк из жопы. Забава сопела, но молчала.
Когда я извлёк, таким же образом, все слипшиеся комки кала, она натужилась и покакала.
- Ну вот и славно - я повернулся к воде и стал мыть руки. Забава всё также стояла на коленях.
- Ты ещё не закончила? - смотреть на её красоту без вожделения я уже не мог.
- Ну!
- Что ну?
- Что, что! Трахай уже! Только в жопу!
Я не поверил своим ушам и возблагодарил скатёрку и шоколад.
