- Лионель, не знаю, как у вас принято, но здесь не смеются над трупами. - Прости, капитан, все забываю, что люди робеют, когда видят объятия недавней смерти. Я не над ними глумился, я хохотал над наместником - над Эмильеном. Правду говорят в Темном Лесу - острие шила богини Истинной любви нацеленно прямо в зрачок. - Что? Говори прямо, эльф! Я не передам никому, можешь быть уверен. - Да я смеюсь, как вспомню, капитан: "Мой Эмиль, он такой ранимый! Не сообщайте ему ничего!" Нет, был бы секрет Агнес о любовных утехах, я бы не смог промолчать. Но видеть, как эта рыжая человеческая фурия положила живых пиратов словно мишени в тире! И молчать, чтоб не портить нервы Эмиля! Уха-ха! Он две войны прошел! Ни разу не дрогнул! Даже когда его тролли пытались сожрать живьем - отбился! - Да ладно! Назвать нашего варвара «нежным»! Ты Эрлика видел?! Да он живет с этой крылатой тварью, мне же с ней рядом даже стоять боязно! - Не поверишь, и мне. Хоть, вроде, и трусом никогда не был, да и сам я темный эльф, а она лишь порождение нашей исконной тьмы, а все равно, как-то непросто стоять рядом. - Ага. И эти два наших начальника: " Как там наши хрупкие женушки? Не перепугались? Надо скорее утешить! " Они своих фурий в бою вообще видели?! С такими можно на морского змея ходить в одиночку как на рыбалку! Кстати, хочешь, ещё насмешу тебя, Лионель? - Ну, давай, смеши, капитан! - Марцелла нашему варвару печет пирожки лично! Он угощал! - Верю. А Агнес, эта рыжая бестия, у нас в Тёмном Лесу, ее одногодки-воины не умеют так стрелять по живым мишеням! Так вот, эта фурия, как-то прокралась ко мне в гарнизон. Я уж боялся, мало ли что? Измена, любовь? Так нет, она хотела узнать, какую вышивку принято носить на нижней рубашке в нашем лесу. Пришлось рисовать! - Уха-ха! Не хорошо так смеяться на месте недавнего боя. - Не говори, надо плыть к замку. Эта четверка ослеплена богиней истинной любви! - Это так, Лионель. Зато мы с тобой сегодня - герои! Два судна захватили за пару часов! - Жаль, кабана не нашли! - Так их добычу стащили волки! Или на кухне, в подполье, подыщем подходящую тушу свиньи. - И то верно, капитан! Говори, что делать, я к морскому делу мало привычен. - Давай для начала перетащим трупы к корме в одно место и накроем тем брошенным парусом. А все же славно бились наши " хрупкие и ранимые", чтоб вдвоем одними ножами порешить столько черной братии. - Да уж! И бились на равных - темный эльф и варвар! Вот уж чудо! Главное теперь, трупы прикрыть как следует, а то чего доброго напугаем хрупких жен! - Не шути больше, я уже плачу от смеха! - Я с самого детства так не хохотал! Марцелла. Уф, привели себя в достойный вид, подпалили подушку, расставили чашки, достали печенье. Все чинно-мирно. Агнес вызвала мажордома, рассказала, что случилось в бухте по "правильной" версии. Я выдала золотые монеты через него всей прислуге, чтоб не смели болтать того, чего нашим мужьям знать не стоит. Открыли лаз, долго искали нянек. Нашли очень довольными, те расковыряли какой-то старый тайник с серебрушками. Разрешила им поделить все серебро между собой. Только вылезли на балкон, а тут уже Алевтина Андреевна с местным целителем и главным конюшим. - Девочки! Разве можно таскать малышей по подземельям? - Простите, доктор, это все я настояла. Не хотите ли чаю? Кстати, видели моих поросяток? Вам их сейчас покажет наш нянь - Матиас. - А почему он такой зеленый? - Я - дриад, госпожа. Мы все такого цвета. - Надо же! Очень любопытно. А кровь тоже зеленая? - Скорее темно-бурая, - как-то не оценил Матиас вопроса и немного насторожился. А чаепитие идет своим чередом. Дети спят, нянь им всем что-то тихо мурлычет. Конюший рассказывает разные истории, Алевтина согласно кивает. Целитель пытается разодрать слипающиеся глаза после бессонной, видимо, ночи и придать себе бодрый вид. С лестницы донесся грохот сапог – вернулись с охоты наши мужья. Торопятся, наследили наверняка на ковровых дорожках, вот уж кабаны. Интересно, кого хоть добыли? Шарахнули дверью так, что та с грохотом влетела в стену. Сами грязные, в каких-то пятнах, траве. Где их только носило? - Дамы, вы не сильно испугались? Первая нашлась Агнес. Она честно посмотрела в лицо Эмиля своими наивными зелеными глазищами: - А что случилось? Или ты про подушку? Так нам быстро удалось ее затушить.
Я окликнула мужа: - Эрлик, что-то стряслось? - Вы ничего не заметили даже, как я счастлив! Все уже хорошо, просто в бухту зашла небольшая шхуна, я тебе потом расскажу. - Я рада. Надо же, а мы так заболтались с Агнес, что ничего и не замечали. Как поохотились? - Просто отлично. Кабана уложили, матёрого такого! Даже не пролез в портал, я отправил за ним нашего бравого капитана. - А я - Лионеля. Быть может, нам всем с детками вместе пройтись в сад? Там так красиво цветет персик! Еще даже Агнес не видела!
