Эрлик. Какое красивое место. Я здесь никогда раньше не был. Кругом, холмы, дома расположены далеко друг от друга. Сады и посадки, персики растут вдоль дороги, ещё только-только расцвели. Солнце уже освещает мягким светом долину, робко выглядывая из-за холма. Всё такое красивое, как на картине, будто наполнено светом, воздух прозрачен и чист. Зелень кругом, куда ни кинь взгляд. Дорога песчаная, ровная, покрытая мягкой пылью, если бы только никто не увидел, охотно бы пробежался тут босиком. Как же сложно порой удержать эту маску аристократа, чтоб только никто не заметил под ней выходца с далёких северных островов, полудикого варвара, вечно голодного мальчишку-матроса, строптивого раба. Как же я хочу соответствовать своим детям, Марцелле, не опозорить свою семью. Каждый божий день занимался, пока никто не видит, со старым гувернёром в порту, в конторе. Ох и лупил он меня линейкой по пальцам и по спине. Не так взял чашку, не так сел, где ваша выправка, молодой человек? Вы аристократ или беглый раб? Есть надо так, будто Вы уже сыты! Слышите меня! Уже! Это не последний кусок в вашей жизни! Хотя, если так хватать, то подавитесь и, точно, он станет последним! А колени? Свести вместе. Мне плевать, что Вам неудобно! Цаца выискалась! Что значит, спину больно так держать! Терпите барышня, рано или поздно станете тем, кем надо! Это он мне говорил, "барышня", я еле сдерживался. Всё то время, что Марцелла носила детей, я, как дурак, каждый день по часу терпел и учился. Гувернёр остался доволен своим учеником. Все ноги ему отдавил, пока овладевал искусством танцевать. Хорошо, что никто не увидел, как я кружу старичка мне по пояс ростом без музыки и считаю. Раз-два-три-раз… Подходим с Матиасом к деревянной белёной изгороди уютного цветущего сада. За ней, в самой глубине, посреди раскидистых плодовых деревьев, высится небольшой аккуратный домик из тёсаного камня. Он будто бы выглядывает из этого дурманящего очарования цветов и буйной растительности. Коричневатый, накрытый красной крышей, словно игрушечный, он будто бы сошёл со страниц детской книги. Ставни домика ярко-синие, вокруг цветник. Балкон оплетает, как бы поддерживая его, красивый плющ. Дверь распахнулась и к нам резво побежала девчонка, а за ней следом невысокая женщина. Несутся, на ходу раскрывая объятия. Матиас спешит открыть калитку. Вот оно счастье! - Мамочка! Я дома! Мамочка! Сестрёнка! - Ты цел, слава богам, сынок! Я так боялась!
Обнимаются, целуются, нет для них мира вокруг, и меня нет. А я сам будто замёрз изнутри. Простился с тем, чего нет и, очевидно, никогда толком не было. А может, и было, да я постарался забыть, так легче. Хоть посмотрю и пойду прогуляюсь по округе. Скорее бы поздороваться и уйти, слишком это всё хорошо, слишком не для меня. Наконец-то, смогли оторваться друг от друга. Учтиво киваю матери дриада, протягиваю руку ладонью вверх, ровно так, как учил гувернёр. - Мадам, я рад познакомиться с Вами. Она несмело вкладывает свою крошечную немного шершавую, должно быть от работы в саду, зелёную ручку мне в раскрытую ладонь. Плавно наклоняюсь, сухо целую. - Господин Эрлик! Я так Вам признательна! И вашей супруге тоже! Моему сыну так сказочно повезло уже только в том, что он попал к таким людям, в такую семью! А Вы ещё тратите время и деньги, чтобы он мог с нами встретиться! - Что вы, мадам. Это такой пустяк, нам абсолютно несложно было это устроить, тем более, что Матиас отлично справляется со своими обязанностями. Право, это я должен Вас благодарить, мы с супругой получили долгожданную возможность немного отдыхать. - Я боюсь Вас оскорбить своим предложением, но всё же… Идемте пить чай. я напекла специально для вас пирогов с ягодами и мёдом. Не побрезгуйте моей стряпней. Вы, конечно, аристократ, привыкли к другому, но они очень вкусные, правда, все хвалят. - Мама! Не заставляй господина. - С большим удовольствием. А потом, если Вы не возражаете, я бы позволил себе прогуляться по окрестностям, тут такие чудесные виды. Мы оставили детей на мою жену, ей непросто одной, но я полагаю, что два часа у нас есть не в ущерб моей супруге.
Глава 44
