— Нежити, — терпеливо поправила его Куница. — Нечисть суть живые существа, а вот духи бесплотны и могут быть по желанию, и мертвую плоть занять, и даже иногда дерево, а то и вовсе камень. Вот такой — тоже.
Лесная ведьма похлопала ладонью по жернову, и, после короткой паузы, признала:
— Но тут — никого. Так что я подумала на проклятье, наговоры злые, амулетами сдерживаемые или в сами стены вплетенные — но и их не нашла. А должна была: чтобы
Действительно, сруб, слегка сходящийся кверху трапецией, изнутри нес ожоги и следы золы аж до самых стропил скатов крыши.
— Но и на поджег не похоже, — поделилась своим авторитетным мнением Мява: — Не поверишь, я не нашла, откуда огонь каждый раз родился. Да и при таком пламени до небес тут все с первого раза сгореть должно было, а сам видишь… Недаром местные на потехи духов подумали.
— То есть пожар начинался каждый раз сам, без причины, и сам же затухал? — посмотрев на одну девушку, потому на другую, переспросил Стёпа. — Кажется, мельник не обрадуется такому ответу.
— Вообще-то он сказал, что поджоги все приходились на вечер, «когда закат красный, и в
— То есть мы сейчас обдуем мельницу с севера из холма и под нами вылезет сильный дух-поджигатель? — подумав, хмыкнул парень.
— Я имела в виду, что-то или
Отношение к спутнику у новоявленной наставницы отчетливо изменилось. Как-будто она вновь разглядела в чужаке нечто такое, чего не видела ранее. Особенно это чувствовалось в отношении к его словам: словно Степан уже прошел обучение, стал ведающим и ляпнуть случайно какую-то глупость просто не может. Это… странным образом заставляло собраться и думать перед тем, как открывать рот.
— Духи не могут себя не проявлять, — тем временем продолжала инструктаж ведающая. — Колебания спокойного воздуха, искажения света и теней, внезапная тишина там, где её не должно быть или звуки без источника. Главное — внимание, а со временем ты сможешь
— Пока положись на меня, юный ученик грозной ведьмы! — кошкодевушка похлопала студента по полечу. Она не была бы собой, если б не нашла в происходящем очередной повод для веселья. — Ничка, мы готовы, начинай!
Вышедшая наружу колдунья вскинула метлу, словно этакой гигантской ложкой зачерпнула воздух — и резким движением указала на мельницу. Не в силах повернуться, заблокированные крылья с противным скрипом задрожали, изгибаясь от налетевшего порыва ветра. А внутри…
Первой выскочила Мява, отчаянно кашляя и одновременно отплёвываясь. За ней, прикрывая лицо рукавом выбрался Степан.
— В срубе дыры такие по углам, что сквозняками пыль и золу едва ли не вихрями под потолок поднимает! — хрипло отчитался он. — Представляешь, что происходит, когда в такой ветер мука по желобу в мешки сыплется? Одна маленькая искорка от трущихся жерновов — и мучная пыль во мгновения ока вспыхивает! Объемная детонация! И все от того, что жирный ублюдок пожмотился на своевременный ремонт: а что, ведь и так работает! А всё туда же: духи! Духи!
— Скажем ему, что дед из могилы на него гневается? — мстительно предложила Мява, выбирающая сор из хвоста. — За то, что мельницу-кормилицу не бережет.
— Просто скажем, что гневается, а почему — скажем за отдельную плату, — к удивлению парня сразу же поддержала афёру ведающая. — За
Куница, сколько себя помнила, просыпалась с первыми лучами солнца — светлый день всегда казался ей короче, чем мог бы быть, оттого и крутилась как та самая куница. Но крестьяне, в любой виденной ею деревне, всегда успевали проснуться и разойтись по делам еще раньше. Зато спутники ведающей, если их не растолкать, могли спать чуть ли не до полудня, зачастую не обращая внимания на суету и шум рядом — разве голод мог разбудить! Или оклик по имени — удивительно, но на «Степу» или «Мяву» каждый из них, в соответствии, конечно, просыпался в мгновение ока. Мява — по своей извечной кошачьей природе, а Стёпа — по обычаю своего иномирья, с его «ночным освещением», раздвинувшим и сдвинувшим сроки бодрствования и сна совершенно непредсказуемо. Там Степке помогал некий будильник, здесь же его заменяла уже привыкшая к тому Куничка.
В последнее время она позволяла соратникам отдохнуть немного подольше — не в походе, чай. Это оказалось очень удобно, если требовалось проверить какую-нибудь колдовскую идею без лишнего внимания, отработать заклинание, чтобы потом демонстрировать его безупречное применение или просто подумать в одиночестве. На удивление, последнее требовалось все чаще и чаще, и заканчивалось очередным листом пищей бересты, густо исцарапанным стилом. В мешке молодой ведьмы таких писанок набралась уже порядочная стопка.
