– Мои дела здесь закончены. И еще. – Он немного помолчал. – Хочу сказать вам следующее. Вы будете иметь все, что полагается моей жене, но никаких близких отношений между нами отныне быть не может.
И, коротко поклонившись, он вышел.
Оставшись одна, Лиза соскочила с кровати и, запустив руки в волосы, прошлась по комнате. В ее голове царил полный сумбур, мысли путались, словно обгоняя друг друга, сердце сдавила свинцовая тяжесть.
– Нет, это какой-то кошмар, – простонала она. – Невероятный, чудовищный кошмар! И если с Андреем все напоминало дурацкую комедию, то здесь уже весьма нешуточная драма.
Первый день замужества прошел для Лизы, словно во сне. Алексей вел себя на людях, будто ничего не случилось, и Лиза машинально стала вести себя так же. Вечер она потратила на укладывание вещей, а после этого легла спать. Она ожидала, что Алексей хотя бы пожелает ей спокойной ночи, но он так и не заглянул в спальню.
Утром Алексей куда-то уехал. А Лиза велела заложить экипаж и, не дожидаясь завтрака, отправилась в Ловцы, чтобы рассказать сестре про свою брачную ночь и вчерашний скандал.
Пару минут Елена ошеломленно молчала. Потом подошла к окну и нетерпеливо распахнула его, впуская в комнату свежий воздух.
– Не могу поверить, что все это произошло на самом деле, – встряхнула она головой. – Тверской обвинил тебя в потере невинности. Да мыслимо ли такое?! Ведь ты же… ты же не?..
– Елена! – Лиза взглянула на сестру с глубоким упреком. – Как тебе не совестно? Да если бы я действительно потеряла невинность до свадьбы, разве я стала бы рассказывать тебе про ссору с мужем? Да и самой этой ссоры не случилось бы. Я бы «со слезами раскаяния» призналась ему во всем, он бы «великодушно» простил меня, и мы бы помирись.
– Да, все верно. Какой смысл тебе было запираться, если он обо всем догадался? Это только сильнее разозлило бы его. Но тогда я не знаю, что и думать, – Елена посмотрела на Лизу с легким замешательством. – Видишь ли, когда ты описала мне свои ощущения… ну, в тот момент… это показалось мне довольно странным. Я испытывала совсем другое.
– Разве это обязательно должно быть неприятно?
– Лизонька, у меня это было ужасно!
Елена подошла к сестре и тихо, словно опасаясь, что их кто-то подслушает, рассказала ей про свою брачную ночь.
– Думаю, – сказала она под конец, – что Тверской ожидал от тебя именно такой реакции. Но ее не было, так же, как и не было пресловутого красного пятна на простынях. Что он должен был подумать?
– Не знаю, – вымолвила Лиза после продолжительного молчания. – Я и сама уже не знаю, что думать. Получается, что я ни с кем не спала, но все равно оказалась не девственницей! А что, если все это правда? – вдруг сказала она, взволнованно посмотрев на сестру. – Ведь случаются всякие истории. На меня мог кто-то напасть, когда я была ребенком. А потом я об этом забыла. Так сильно испугалась, что обо всем забыла! Я читала, что такое бывает.
С минуту Елена задумчиво молчала.
– Да нет, – сказала она, с сомнением покачав головой. – Этого не могло случиться. Ведь кто-кто, а родители должны были бы об этом знать. И потом, вспомни доктора Берга, что лечил тебя зимой. Он же не обнаружил… повреждений. Господин Берг вовсе не ханжа, не тебе, так мне бы сказал.
Лиза сделала несколько шагов по комнате и вдруг истерично рассмеялась.
– Нет, правда, это какой-то кошмар! – воскликнула она в сердцах. – Прямо мелодрама получается! Вот так, ни за что ни про что, обвинить честную девушку в разврате! А, впрочем, я, наверное, просто глупа, – заключила она с саркастической усмешкой. – Ну, в самом деле! Почему я не сказала Тверскому, что меня лишил невинности Андрей? Ведь он же пообещал не вызывать его на дуэль. Надо было сказать! Или, еще лучше – сказать, что это сделал покойничек Глебов.
– Умоляю тебя, успокойся!
– Да-да, нужно было так и сказать, – не унималась Лиза. – Какой спрос с мертвеца? Следовало расплакаться, сочинить душещипательную историю о том, как я не соглашалась выходить за Глебова, а он подкараулил меня в лесу, и… мне пришлось стать его невестой. Не правда ли, это было бы гораздо умнее, чем настаивать на своей правоте, когда тебе все равно не верят? Тверской еще и расчувствовался бы. И купил бы мне в утешение дорогущее алмазное колье!
Она зашлась в истерическом припадке, одновременно смеясь и плача.
– Бедная моя Лиза, – с тоской прошептала Елена.
–
Елена огорченно вздохнула, но ничего не сказала. Да и что тут можно было сказать? Спустя час сестры простились, обещая писать друг другу как можно чаще. Лиза уехала, Елена осталась одна…
