Наконец процессия остановилась у поленницы дров. Палач освободил невольницу от цепей, подвел к лесенке и поднялся с подопечной на поленницу. Здесь снова привязал ведьму к столбу, стоящему посреди сооружения из дров, веток и сухой соломы.
Ведьма безнадежно повела прекрасными очами по морю голов. Она прощалась с предавшим ее, желавшим ее скорой кончины миром, но все равно так не хотелось его покидать. Вот она скользнула серо-карим отчаяньем по мне, зацепилась просящим взором.
«Ведьма, ведьма! — восхищенно определил я. — Что же ты творишь со мною?»
Куда девалась вечная трусость? Никогда не был столь решителен. Размахнулся бутылью и запустил в загородившего проход латника. Он от неожиданности завалился в пустившую дымные языки пламени солому. Затем всю силу вложил в апперкот — палач шмякнулся навзничь у лесенки. Еще секунда и я у серо-карих омутов.
«Не жаль в них нырнуть, исчезнуть навсегда», — еще сумел проанализировать, ведь я действовал бездумно, словно завороженный.
Я кромсал перочинным ножиком путы, а народ гудел: — Сжечь обоих! Это Сатана! Прискакал за своей невестой-ведьмой.
«Что я делаю? Убьют! Сожгут живьем!» — мелькали, по сути, нерадостные мысли. Но душа пела, было легко и, даже, весело.
Огонь припек не на шутку, дышать стало тяжело, и только тогда вспомнил о спасении в кармане. Прижал ведьму к себе, сыпанул в лижущие ноги жгучие языки пылью и страстно вспомнил дом.
За дымным пологом еще кричали о том, что огонь все грехи слижет, очистит от скверны… Но вот искренние средневековые борцы за мораль и веру смолкли, а их место заняли сообщения последних новостей.
«Пронесло!» — облегченно вздохнул и внимательно посмотрел на спасенную.
«Где я? — легко читалось в ее глазах. — Это рай или ад?» — Это ангелы говорят? — наконец она хоть что-то произнесла. — Или это язык преисподней?
Только сейчас догадался, что она не знает нашего языка. Пришлось израсходовать еще немного порошка — она вся превратилась в удивление.
— Ты — ангел?! — с мольбой обратилась красавица. — Неужели дьявол унес за грехи? Но я невиновна, инквизиция ошиблась!
— Я человек… алхимик, — подобрал понятное слово.
— Правда? — она сразу успокоилась. — А тебя не сожгут на костре?
— Здесь алхимиков не жгут, а инквизиции тоже нет.
Сначала прекрасная ведьмочка успокоилась. Потом на лице отразились какие-то мыслительные процессы, и она пошла на штурм моей трусости и лени:
— Тебя ко мне Бог послал. Еще на площади чувствовала, что ты явился за мной. Теперь ты мне поможешь?
— Ты и так спасена. Костром не пахнет, а инквизицию и хотел бы найти, только сейчас на всей Земле ее не сыщешь.
— Дело в брате, а не во мне. Колдуны его похитили, а я пыталась его вернуть из Темного Мира. Читала заклятья Коррактора, волшебной книги колдунов, вот на меня и донесли, — сбивчиво рисовала недавнее прошлое красавица. — Поможешь?
— Так ты и взаправду ведьма? — неудачно пошутил.
— Нет, — чуть не расплакалась несчастная девушка. — Я в книге не смогла разобраться. Да и хотела я не грешить, а спасти родного брата.
— А почему ты решила, что брата украли в Темный Мир? Да и что это за мир?
— Когда колдуны пришли за братом, то их предводитель сказал, что забирают в Темный Мир. Сказал: если хочу в гости к брату, то прошу. Захохотал и исчез с помощниками и Павлом, так зовут брата.
Не знаю, что заставило согласиться. Может проглядывающее сквозь рванье молодое стройное тело, но скорее глаза. Все же, что бы она ни говорила, но она — ведьма. Никто бы не заставил ринуться в подобную авантюру. Я ведь поверил и в колдунов, и в загадочный Темный Мир. Так что же, как не серо-карие пьянящие очи принудили объявить войну могущественным колдунам?
— Помоги…
Ну, как отказать таким глазам?
Я представил Темный Мир и сжег над зажигалкой немного порошка. В кухне сразу потемнело — перегорела лампочка.
«Для того, чтобы куда-то попасть, надо точно вообразить это место. А как я представлю Темный Мир, не имея о нем никакого понятия?»
— Какой он, Темный Мир? Где находится? — спросил ведьму-неудачницу.
Она смогла помочь только беспомощным разведением рук.
Пока от моих дедуктивных методов поиска не было толка, и решил познакомиться.
— Как тебя зовут?
— Маргарита. А тебя?
«Для ведьм обычное имя? — отметил про себя, вспоминая Булгаковскую Маргариту».
— Антон, — в свою очередь представился и начал расследование: — Твоя книга, Коррактор, может нам помочь?
— Да, если разберем письмена. Только ее забрала инквизиция.
— Откуда она у тебя?
— Колдуны оставили.
«Что-то тут не стыкуется. За один взгляд, пусть и прекрасных глаз, дарят бесценную книгу?»
Смутные подозрения сверкнули на мгновение, но затерялись в слабосильном подсознании под булыжниками громадных, хотя и бестолковых умозаключений новоиспеченного Шерлока Холмса.
— А где инквизитор ее может держать?
— Скорее всего, в ратуше. На допросы водили в ратушу, там, на время следствия, обосновался и инквизитор.
— Ратуша, где стоит?
— На площади с нашим костром.
— Обстановка понятна. Скоро навестим инквизитора, а пока, Маргарита, начнем с маскировки. Пошли в ванную.
