— До них далеко. Вам надо лететь в город. Он вывел нас за порог и упер палец в небо.
— Видите искорку?
— Да.
— Это городской маяк, туда и летите.
Я уже приготовился загребать воздух, как он остановил нас.
— Погодите, без плавников слишком долго лететь.
Радушный глава семейства подарил тканевые ласты на руки и ноги. А я подарил ему фонарик. Фонарик наверно сохранил свойства нашего пространства — он светил.
«Наверно и в нас идут процессы по законам нормальной физики. Но только мы дышим и усваиваем как-то еду свихнувшегося пространства?» — впрочем, я особенно не мучился этими проблемами, поскольку был сыт, а дышалось великолепно.
— Опасайтесь грабителей неба, — услышал вдогонку.
С ластами летели значительно быстрее. В пути встречались однотипные глиняные дома. Возле них трудились небесные крестьяне: копошились у кустов-шаров с круглыми плодами, собирали сетями витавшую зелень, ловили мокрой тряпкой пыль и выжимали жижу на растения. Еще обратил внимание, что кусты и крупные овощи привязывают тесемками к домам.
Чем ближе подлетали к городу, тем чаще попадались крестьянские дома-шары, а пару раз обогнали крестьян с огромными сетями, полными своей продукции. При нашем приближении, они брали наизготовку луки со стрелами. Увидев, что мы безоружны, они приветливо улыбались и желали счастливого полета.
Постепенно стала доходить серьезность предупреждения о грабителях неба, а скоро увидели и их. В небе летел глиняный шар наподобие крестьянского, только из него торчала оглобля метра в три длиной со зверского вида человеком, усердно крутящим педали. Система ременных передач вращала деревянный винт на конце оглобли, вот шар и летел. А для управления приспособили веревочные тяги к матерчатым подкрылкам хвоста. Заметив нас, зверюга-велосипедист стал посредством блока подтягивать тягу — грузное летательное средство начало описывать дугу в нашу сторону. Слава Всевышнему, ибо законы инерции действовали, как и у нас.
Недолго думая, мы круто свернули в сторону, пускаясь наутек. Заметив наш маневр, из летающего дома выскочило с десяток отъявленных негодяев и бросилось за нами в погоню. Их атрофированные невесомостью мышцы не могли сравниться с нашими — пираты стали отставать. Они ругались, обещали повыдергивать ноги из наших жирных задниц, здесь они явно грешили. А, отчаявшись догнать, пустили вдогонку несколько стрел. Пираты оказались еще неудачными стрелками, лишь взбудоражили нервы, заставляя еще шибче трепыхаться плавниками.
А тут еще навстречу нам летело сигарообразное летательное средство. У него крутили педали 5 человек: один впереди и четверо по бокам. Сигара двигалась значительно быстрее шара и устремилась за ним в погоню. А шар стал спасаться в направлении кучевых облаков.
— Сдавайтесь полиции, — кричал в рупор капитан. Но пираты молча толкали свой неповоротливый дредноут к спасительной туче.
— Добровольную сдачу властям учтут на суде.
Пираты еще неистовее, при упоминании о суде, закрутили педали и помогали пропеллеру ластами.
Капитан увидел: не догнать грабителей неба и пустил в них двухметровую стрелу. Она отщепила кусок глины и, кувыркаясь, исчезла в клубящейся черноте.
Пока полиция заряжала громадный арбалет новой стрелой, тьма проглотила беглецов. Но капитан не сменил курса, и громадная сигара тоже нырнула во мрак.
Жизнь научила внимательнее всматриваться в небо, прокладывая курс к городу. Мы обходили тучи стороной, а вдруг из них опять выпрыгнут грабители. Повезет ли нам тогда, как сейчас? Поэтому, пусть и зигзагами, мы неуклонно приближались к маяку.
Лететь здесь несравненно легче, чем идти или бежать на Земле и намного быстрее. За день преодолели расстояние порядка двухсот километров. Лететь, конечно, легче, но загребать атмосферу целый день… Руки и ноги ныли, хотелось есть, и только опасение нападения грабителей неба заставляло продолжать полет. Оставалось преодолеть пустяк, но как тяжело эта кроха давалась.
Взору открылась панорама огромного количества шаров. Они висели в пространстве, связанные друг с другом веревками. Отдельные сферы имели диаметр около тридцати метров. Но что удивляло: все они лепились из глины, окон не было.
— Где ваша академия? — спросил первого попавшегося горожанина.
— Шестой трос, восемнадцатый шар, — ответил он нам на лету.
Приглядевшись, мы заметили на веревках бирки с номерами.
— Где шестой трос? — крикнул еще одному человеку. Горожанин мигом разобрался в паутине городских «улиц», указывая на нужную веревку.
Веревки для удобства красились в разные цвета. Мы летели вдоль оранжевой веревки-улицы. Но что меня действительно удивило, так это то, что между домами не было распорок, а веревки, тем не менее, натянуты совсем без слабины. По указанной причине мелькнуло подозрение об еще одной разбежке законов.
Расстояния между шарами около ста метров. А весь город увязан веревочной паутиной, с нанизанными на ней глиняными строениями, в огромную сферу около трех километров. На окраинах городка висело на привязях шесть огромных, метра по два в диаметре, ламп-маяков.
