Оказалось, что в машине сидели ещё двое служащих. Они оперативно и ловко скрутили всех участников заварушки. Олег и его горе-спаситель оказались сидящими рядом на заднем сидении служебного автомобиля. Там же уместился один из дежурных, прижав локтем рядом сидящего блондина. Тот жалобно попискивал и пытался вытечь из профессиональной хватки, но тщетно. В отделение их везли отдельно от нападавших, видимо за теми приехала другая машина.
– Ты зачем встрял? – поинтересовался Олег у своего помощника, стараясь не слишком наваливаться, когда машина подскакивала на кочках.
– Так что они втроем на одного? – поморщился тот, снова утекая куда-то вниз и в сторону. Милиционер без слов водрузил блондина на место.
– Милицию когда вызвал? – Олег иронично поднял бровь.
Собеседник удивился и сказал, что он только грозил, что вызовет, но на самом деле никуда не звонил. Видимо наряд проезжал мимо и решили остановиться.
Казенный дом встретил Олега смесью ароматов застоявшегося воздуха, пота, бедности и скрытой агрессии. Редкие лампочки под потолком, казалось, совсем не давали света. Одна из них время от времени принималась истерически моргать и надсадно гудела. Пол застлан старым линолеумом с рисунком из коричневых квадратов и ромбов. Выкрашенные темно-синей краской стены навевали тоску и тяжкие думы. Несмотря на раннее утро ждать пришлось совсем не долго их сразу определили в камеру. «Класс комфорт» – хохмил новый знакомый Олега, назвавшийся Эдгаром. Он уже не пытался спорить с сотрудниками правопорядка, со смирением выполняя их распоряжения. Через какое-то время Олега и Эдгара проводили в отдельную комнату, где дежурный записал показания и ушел, велев подождать ещё. Комната для допросов была обставлена в лучших традициях дешевых сериалов, то есть совсем скудно: стол, и четыре стула, стоявших параллельно, напротив друг друга. Совершенно не нужная настольная лампа, графин с водой и два граненых стакана, сиротливо примостившихся сбоку. «Интересно, из них кто-нибудь когда-нибудь пьет?» – подумалось Олегу.
Милиционер вскоре вернулся в сопровождении совсем юной девушки, которая, нервничая и сбиваясь сняла отпечатки пальцев, пояснив, что таков порядок. Эдгар возмутился и стал требовать телефон, чтобы позвонить родителям. Телефон ему предоставили лишь спустя час, который Олег и Эдгар провели за разговорами в камере. Наконец из-за решетки раздался голос, скомандовавший Эдгару двигаться на выход. Тот бодро потрусил к двери, напоследок пожелав Олегу не грустить и пообещав, что попробует договориться чтобы его тоже выпустили. Олег выглянул наружу и успел заметить рядом с Эдгаром высокого мужика в темном костюме о чем-то разговаривавшим с милиционером, который накануне определил их в отделение. Милиционер передал мужику какую-то тонкую папку и покивал. Затем, к удивлению Олега, они пожали друг другу руки, да ещё и по спинам похлопали как старые знакомые. Напоследок милиционер взъерошил Эдгару шевелюру и погрозил пальцем. Тот негромко всхохотнул в ответ.
Олег решил не пользоваться правом на звонок, хоть усатый и предлагал предупредить близких. Дома всё равно ждал скандал, а начинать его из отделения милиции не хотелось. Олега продержали в отделении до самого вечера. Время от времени заглядывал кто-то из дежурных и задавал непонятные вопросы. Завершилось всё так же внезапно, как и началось. Дверь открылась и дежурный сообщил Олегу, что он может быть свободен после того, как подпишет несколько бумаг. Заскрежетав зубами от бессилия Олег выполнил требуемое и оказался на улице.
***
Эдгар довольно щурился, покачиваясь в гамаке – любимом месте всего семейства. Супруга – Морба стояла рядышком и причесывала ему волосы, осторожно проводя гребнем по светлым прядям.
– Ты удивительный! – приговаривала она, целуя его в лоб, – Наш герой!
Эдгар вздохнул и скосил глаза на столик, где его уже дожидались угощения. Беллума, вившаяся здесь же сразу подала ему кружку, в которой дымился ароматный кофе.
– Горячий, – закапризничал герой. Кружка мгновенно остыла до приятной температуры, – Спасибо!
Эдгар приподнялся, чтобы сделать глоток, но затем снова обмяк, изо всех сил ленясь и барствуя. Было чертовски приятно чувствовать себя спасителем семейства, самым умным, сообразительным и отважным. Он вспомнил, что Андриус однажды рассказывал, как на первом курсе он по глупости попал в милицию, о чем весьма сожалел, потому что позже была проблема со стажировкой в Германии. Василий Дмитриевич – усатый мент и старый знакомый Джозаса отлично справился со своей ролью. Они смогли, не вызывая подозрений ловко получить нужные отпечатки пальцев, которые сравнили с имевшимися в базе данными Андриуса. Люмена не ошиблась. Это без сомнения был её муж, которого несколько месяцев все считали погибшим.
Разговор с Люменой было решено составить ранним утром. Девушка быстро шла на поправку и уже была дома. Ира и Беллума осторожно зашли к ней в комнату, прикидывая про себя с чего начать беседу.
