– Сразу – нет, – пояснила Беллума, – Много времени уже прошло, мозг, если так можно сказать «устаканился» в новом состоянии. Ещё один стресс может стать для него слишком сильным. Ты же не хочешь мужа-дурачка.
Люмена отрицательно покачала головой, тараща глаза на бабушку. Беллума объяснила, что сознание человека склонно приспосабливаться к окружающей среде, подгонять воспоминания и ощущения под ту реальность, что считает верной. В результате получается некая конструкция, которая не всегда отражает реальную суть вещей, но удобно на вид. Некие шероховатости и неровности так же сглаживаются каждодневными впечатлениями.
Спорить с главной интриганкой никто не стал и женщины провели весь остаток дня, обсуждая подробности предстоящей кампании. Ира принесла из библиотеки книгу с рецептами и заклинаниями, в которой отметила нужные веселенькими розовыми закладочками. Заглянувшая «на огонек» Фейм пришла в восторг от новостей и сразу же предложила помощь. Она позвонила в больницу и убедила тамошнего главного врача в том, что их недавней пациентке необходимо дополнительное наблюдение, но покинуть дом она никак не может, потому что стены казенного заведения плохо действуют на её самочувствие. После недолгих колебаний доктор согласился выписать к семейству Литорайте медсестру, которой полагалось дважды в неделю навещать больную и проводить осмотр и необходимые оздоровительные процедуры. «Да-да», – обрадовалась Фейм, – «Сестра уже подружилась с одной из медсестер, пришлите пожалуйста её. Да. Ага» – Фейм скорчила смешную рожицу, – «Людмила Кузнецова. Да. Хорошо, будем ждать»
– Ну, лети к нам, птица нещипаная, – проговорила Фейм и вышла из библиотеки, не забыв погасить свет.
Люмена с бабушкой прогуливались вдоль кромки залива. Безлюдно. Последние дни не радовали хорошей погодой: было пасмурно и довольно свежо, хотелось верить, что это ненадолго, с одной стороны небо заметно посветлело, давая надежду. Девушка ступала по воде, придерживая край юбки, чтобы не намочить, а Беллума степенно двигалась рядом, сминая песок модными бордовыми ботиночками. С недавнего времени такие променады вошли у них в привычку, у Люмены отекали ноги, а прохладная вода заметно облегчала неприятные ощущения.
В паре шагов от них приземлилась толстая чайка и тоже стала прогуливаться, время от времени окидывая женщин любопытным взглядом. Наверное, ожидала угощение. Ни Люмена, ни Белла кормить птицу не собирались. Однажды они кинули такой попрошайке хлеб, тут же со всех сторон на них налетела целая стая чаек всех размеров и окрасов, птицы старались урвать кусочек побольше, дрались друг с другом, время от времени задевая женщин крыльями. Люмена хохотала до слез, но повторять эксперимент не хотела – птицы могли быть разносчиком инфекций, так как в последнее время часто питались на свалках. Сегодняшняя гостья ещё немного прошлась рядом с женщинами, осторожно ступая красными перепонками лапок между выброшенных на берег мелких камушков и раковин морских животных, после чего неторопливо взлетела, тяжело отрываясь от земли. Люмена в очередной раз удивилась тому, что такая неуклюжая на земле птица превращается в такую красавицу в полете.
– Мы поступаем плохо? – нарушила молчание Люмена, шлепая по мелководью. Поднимались невеселые брызги.
– В смысле? – не поняла бабушка, поднимая глаза на внучку, – Ты о чем?
– Насколько большой вред мы принесем своими действиями? – переформулировала вопрос Люмена, поддевая ножкой набегающую волну.
– Тебе медичку жалко, что ли? – удивилась Беллума.
– Да нет же! – воскликнула девушка, – Я боюсь, вдруг для Андриуса будут последствия.
– По бошке ему надаешь, так и будут, – улыбнулась Беллума, поднимая с песка веточку сосны, оторванную ветром. – Страшные кары, про которые так любят писать в журнальчиках, грозят только тем людям, кто не умеет пользоваться ни силой, ни энергией, а лезет. Эти несчастные псевдо-колдуньи иногда действительно могут оказать своими завываниями некоторое влияние, но проконтролировать, куда их импульс идет не хватает уже ни ума, ни опыта. Получается примерно, как если шланг к насосу присоединить, воды в него пустить, а руками не держать. И он скачет по земле как припадочный и всех вокруг заливает, – Беллума внимательно посмотрела на внучку, – Аналогия ясна?
– А мы значит шланг держим? – уточнила Люмена, засмеявшись над сравнением.
– Держим, – кивнула Беллума, – И на своём участке поливаем, освежаем и смываем грязь, если она есть.
Она по очереди отрывала сухие пожелтевшие иголки и бросала себе под ноги, о чем-то глубоко задумавшись. Люмена не решалась нарушить молчание и медленно шагала рядом, наслаждаясь ощущением набегавших на ступни коротких шаловливых волн.
