— Давайте перейдём сразу к делу, — сказала красивая ведьма, — Меня зовут Унайя. Я и мои сёстры знаем про портал. А ещё мы знаем, что у нашей сестры, — и тут ведьма указала на меня, — Есть большие неприятности.
Я округлила глаза от неожиданности — неужели эти женщины здесь ради меня?
— Чего ты удивляешься, деточка? — ласково проверещала розовощёкая полная ведьма, которая сидела напротив меня, — Мы — ведьмы — чувствуем друг друга, и многое друг про друга знаем.
— Дора говорит так, как есть, — подтвердила Унайя.
— Да тут невооружённым глазом видно проклятье! — кивнула самая молодая на вид ведьма, с длинной русой косой.
За столом раздался гул — женщины стали спорить, что это за проклятье и как его можно снять.
— Тихо! — прикрикнула Кариона, и за столом воцарилась тишина. Друид поставила перед всеми тарелки с едой, и сказала: — Ешьте и слушайте, что с Амалией на самом деле.
Пока ведьмы ели, Эвиас вкратце рассказал им о моей связи с Гелианой, про энергию Хаоса и про воздействие его бывшей невесты на мою жизнь. Пока он говорил, я заметила, что господин Гаиллан с интересом рассматривает полненькую ведьму Дору. Я улыбнулась. Глаза жреца блестели.
Когда Эвиас закончил рассказывать, а женщины поели, самая старая ведьма — Аглайя — сказала:
— Мы сможем защитить Амалию.
Остальные женщины кивнули, подтверждая слова своей коллеги. Черноволосая Унайя продолжила:
— Дождёмся полуночи и приступим к ритуалу.
Я обрадовалась, что у меня есть несколько часов, чтобы познакомиться со своими сёстрами по магии. Мне было очень интересно пообщаться с ведьмами. В конце концов, я ведь тоже ведьма!
Я и ведьмы сидели за столом одни. Шаилион что-то обсуждал с Гаилланом и Карионой, после чего они и вовсе вышли из кухоньки. Видимо, чтобы не мешать мне общаться с сёстрами по магии, за что я была очень благодарна.
Вообще, ведьм я видела, я помню, это было в тот день, когда я только появилась в Ахисэте, и потом несколько раз до того, как я поехала учиться в ШАМиВ.
— А почему вы говорите, что всего ведьм девять? — спросила я у женщин, — Я видела гораздо больше.
— Могущественных ведьм — девять, — с улыбкой ответила Унайя, — Остальные либо стали городскими, либо пошли по другому пути, например, как твоя мать в своё время.
— Быть ведьмой — это не просто родиться ей, — сказала Верда, то расплетая, то заплетая длинную русую косу, — Быть ведьмой — это образ жизни.
Я слушала женщин и внимательно рассматривала их. Каждая из них была в длинном платье, на котором где-то был то пришит лоскут, то какая-нибудь внезапная пуговица. На шеях ведьм висели кулоны, птичьи лапки, какие-то сушёные грибочки в янтаре, на руках — браслеты (я клянусь, это кости мелких животных!). Самые молодые — Дора и Верда украшали свои волосы бусинами, Унайя — ведьма постарше, выглядела более сдержанно. Бруда же вообще ничем себя не украшала, но всяких штук на шее у неё было больше всех. Как и лоскутов на длинной серой юбке.
Мы болтали, и я не заметила, что прошёл целый час. Всего лишь час, а сколько мудрости я узнала, именно ведьмовской мудрости. Такое вам никто не расскажет, даже Эвиас Шаилион. «Да потому что он мужик!» — ударила ладонью по столу Бруда. Мы смеялись.
Когда все стали расходиться из-за стола, мы с Брудой остались сидеть одни. В комнату заглянул господин Гаиллан и, со сверкающими глазами, позвал к себе Дору. Та, кокетливо хихикая, скрылась из комнаты вместе с мужчиной. Я тоже хихикнула, а Бруда, внимательно посмотрела на меня, прищурив глаза, сказала:
— Вот ведь, Дора! Самой уж несколько сотен лет! А всё туда же!
— А что в этом плохого, Бруда? Все ведь хотят любви, — добродушно ответила я старухе.
— Да, это правда, Амалия, — мечтательно вздохнула ведьма, — Вот ты, например!
— А что я? — и я наивно захлопала глазами.
— Влюблена в Эвиаса Шаилиона? Губа не дура у тебя, — и Бруда заулыбалась, от чего морщин на её лице стало ещё больше.
Я сначала опешила, но потом смущение прошло.
— Мне нравится Эвиас, да, Бруда, — сказала я, посмотрев на старуху, — Но где я, а где ОН.
— Тьфу! Глупости какие! — усмехнулась Бруда, — Оборотное зелье! — торжественно произнесла она, и я выпучила глаза, — Напомни мне дать тебе рецепт, там ничего сложного…
Я искренне засмеялась и спросила ведьму:
— А ты любила когда-нибудь, Бруда?
Старуха откинулась голову наверх и закрыла глаза, наслаждаясь воспоминаниями, после чего ответила:
— Да, я любила, Амалия. Как же это было давно…
— Ну, расскажи мне! — мне не терпелось услышать историю ведьмы.
