— Постой, — Диадра торопливо замотала головой и попыталась сжать пальцами виски, однако ее призрачные пальцы просочились слишком глубоко, создавая жутковатый эффект. Она даже не заметила этого. — Я ничего не понимаю. Что значит, я взяла обещание?.. Когда?..
Берзадилар вздохнул.
— Забудь. Это неважно. Я хотел сказать другое… Ты помнишь, я клялся тебе, что больше никогда не оставлю тебя?
— Конечно, я помню, — ответила она настороженно, все еще не понимая, что происходило.
Берзадилар печально улыбнулся.
— Мне стоило взять с тебя такую же клятву. Потому что теперь ты оставляешь меня, Ди, — он поднял на нее глаза и продолжил тихо, но даже тихий, его голос, казалось, звенел в воздухе между ними: — Это третий раз, когда я зову тебя. И каждый раз я вижу на твоем лице изумление и боль. Каждый раз один и тот же вопрос, Ди, и каждый раз я вынужден признавать — да, ты умерла, ты — мертва…
Она потерянно качала головой.
— Но… я не помню. Вернее, я помню, что случилось: Терлизан…
— Я знаю, что случилось, Ди. Ты уже рассказывала мне об этом.
Она в отчаянии сжала губы.
— Я не помню. Прости.
— Ты и не сможешь вспомнить. Ты человек, Диадра.
Она печально кивнула в знак понимания. Она всегда сознавала значение этих слов в теории, но испытывать подобное было куда сложнее, чем она себе представляла.
— Если ты позвал меня теперь, значит, ты хотел узнать еще что-то?
— Нет, — ответил Берзадилар, опуская взор к ее бездыханному телу и касаясь пальцами ее холодной руки. — Не хотел. Я лишь хотел, чтобы ты знала: я помню о своей клятве, Ди, и я не нарушу ее. Я клялся быть с тобой рядом, и я буду, что бы ни случилось.
— Берзадилар… — прошептала Диадра. — Но я… я мертва. Я не смогу быть с тобой. Я не смогу даже вспомнить этого разговора.
— Не сможешь, — подтвердил Берзадилар, по-прежнему глядя не на ее призрак, а на ее тело.
Это было так странно, что Диадра испугалась, сама не зная чего. А Берзадилар продолжил, тихо, коротко и со все еще непонятной для нее решительностью:
— Но я смогу.
Она не сразу осознала смысл его слов.
А когда поняла, закричала — отчаянно, обреченно:
— Нет!!!..
Мир закружился вокруг нее, теряя очертания, погружаясь во мрак, и крик ее затерялся в невообразимом хрустальном звоне — что-то огромное, необъятное разбилось в воздухе, потом еще, и еще…
И темнота приняла ее в свои объятия.
— Нет!!..
Диадра широко распахнула глаза, резко и глубоко вдыхая наполненный яркими запахами воздух. Прошло несколько мгновений, прежде чем она сумела удержать в равновесии плывущий мир перед собой, и черты Берзадилара прояснились перед ее взором.
Сменялись безмолвные секунды, а она только непонимающе смотрела на него, встречая столь же ошеломленный взгляд в ответ.
— Я сошла с ума? — прошептала она наконец. — Или это какой-то сон?..
Берзадилар медленно качнул головой:
— Это не сон, Ди.
Диадра еще раз оглядела его, словно все еще не веря в увиденное, стремясь убедить себя. Берзадилар был неестественно бледен — но все же не прозрачен. Казалось, вся кожа его просто была покрыта мельчайшей серебристой пыльцой.
— Ты… не призрак.
Берзадилар смятенно улыбнулся.
— Кажется, нет.
— Но… как?.. — прошептала в ответ она. — Я ведь помню, Берзадилар — что произошло и что ты сказал… Ты собирался отдать себя в обмен, не так ли?..
— Так, — тихо подтвердил он, потом вдруг протянул руку и мягко коснулся ее щеки. Его ладонь была теплой.
Диадра вздрогнула.
— Ты чувствуешь?.. — прошептал Берзадилар с надеждой.
Она кивнула, потом потянулась к нему в ответ и неуверенно провела пальцами по его коже, словно ожидая, что серебристое сияние сотрется, обнажая под собой неосязаемую призрачную сущность.
— Я не понимаю, как это возможно?..
Берзадилар повел плечами.
— Я не знаю, Ди.
Инстинктивным, привычным движением Диадра нащупала на груди ожерелье с его слезами, словно в надежде, что они подскажут ей ответ.
И — вздрогнула.
Внезапно непослушными пальцами она вытянула наружу красивые изогнутые спирали, прежде хранившие в себе сапфировые капли… Теперь все три они были пусты.
Хрустальный звон, оглушивший ее в последний миг перед возвращением, теперь вдруг обрел смысл, и Диадра, подняв глаза к Берзадилару, оглядела его уже совсем иным, наполненным осознанием взглядом. Серебристая пыльца на его коже мерцала теплыми, знакомыми сапфировыми искрами.
— Кажется, я знаю, как, — улыбнулась Диадра.
Берзадилар, уже тоже догадавшись, встретил ее взор.
— Прости, кажется, я испортил твое ожерелье, — прошептал он с ошеломленной улыбкой.
Диадра качнула головой и ласково коснулась его щеки, наблюдая, как искры под ее пальцами отвечают на прикосновение мягким сиянием.
— О нет. Так намного, намного прекраснее.
Берзадилар смотрел на нее еще мгновение, потом порывисто подался к ней и прильнул к ее губам, зарываясь пальцами в ее волосы.
— Диадра… — прошептал он сквозь поцелуй и, встретив ее взор, улыбнулся нерешительно и счастливо: — Я уже не думал, что смогу еще раз прикоснуться к тебе.
Она внимательно вглядывалась в его глаза.
— Ты в самом деле был готов отдать мне свою жизнь, — сказала она наконец.
