— А если и так, что с того, милорд? — Хрипло прошептала Крис, с трудом размыкая пересохшие губы. — Все равно, пить здесь нечего.
— Позволь мне помочь тебе. — Клод наклонился ближе, протягивая к ней свою руку, и она увидела, что его ладонь, сложенная чашечкой, наполнена водой.
Чистой, кристальной, настолько прозрачной, что казалось, солнечный луч, вопреки царящей вокруг них темноте, затерялся в этих каплях, стекающих по мужской руке. Наверное, это должно было бы удивить ее, но во снах возможно все. И Кристиана даже не задумалась, отчего, срываясь с этих длинных пальцев, падая вниз, в реку, капли не убывали из этой импровизированной чаши.
Сердце сбилось при мысли о том, что она может сделать нечто подобное — наклониться и испить из его рук. И, качая головой в отрицании подобного предложения, она, все же ощущая какую-то странную, несвойственную ей бесшабашность, даже, пожалуй, смелость, противореча тому, что только что отказалась, наклонилась, обмакивая губы в предлагаемую им влагу. Ее ладошка, в поисках опоры, обхватила его ладонь, чтобы стабилизировать свое положение на камне, и Кристиана сделала первый глоток.
— Вот видишь, в этом нет ничего страшного. — Голос Клода стал ниже, насыщенней, словно ощутимей, касаясь ее кожи. — Одно удовольствие, вот все, что я тебе обещаю.
Крис проигнорировала его слова, просто наслаждаясь.
Вода была почти сладкой. Не обжигающе холодной, а приятно прохладной. Она ощущала, как капли стекают по ее подбородку, по пальцам, обхватывающим столь необычный сосуд, прочерчивая влажные дорожки на ее шее и руке. И ощущение этой воды на ее губах, языке, было самым невероятным удовольствием, которое она когда-либо до этого момента испытывала, от такого простого факта, как обычный глоток воды.
Делая следующий глоток, Кристиана ощутила, как вторая ладонь Клода мягко легла на ее затылок, и мужские пальцы начали медленно перебирать тяжелые пряди, едва-едва проводя по коже, заставляя волоски на ее теле вставать дыбом, и разливая по каждому ее члену непонятную дрожь, делая весьма сложным довольно обыденное действие глотка.
Она слышала, как мужчина глубоко втянул в себя воздух, вдыхая аромат ее волос. Ее собственное дыхание сбилось от этого звука, и непроизвольно, Кристиана облизала влажные губы, едва ощутимо задевая своим язычком его ладонь. Надеясь, что он не заметит этого.
Очевидно, напрасно.
Раздался странный звук, словно мужчина рядом с ней заурчал, как довольный тигр. И с каждой секундой, новый вдох давался Крис все сложнее.
— И как, Кристиана? — Он склонился к ее уху, задевая губами мочку. Она попыталась отстраниться, но рука Клода не позволила. — Тебе понравился мой вкус? Моя кожа слаще воды, которую ты пробуешь?
Крис ощутила, как ее щеки запылали, но так и не смогла отстраниться из мягкого, но настойчивого плена. А потому, снова глотнула, словно не расслышав…
Магистр тихонько усмехнулся.
— Ты слышала легенду о Персефоне, Кристиана? — Низкий, тягучий, перекатывающийся голос обволакивал девушку густотой своего тона. — О том, как Аид заманил ее в свое царство, угостив зернами граната?
Ей показалось странным подобное течение их разговора, но этот вопрос, казалось, был безобиднее предыдущего и, сделав последний глоток, наслаждаясь тем, что жажда ушла, а по телу разлилось тепло от его мягких прикосновений, Кристина усмехнулась.
— Хотите утащить меня, в свое логово, Милорд? И какова же будет плата? Я выпила сколько? Четыре глотка? И как же вы посчитаете это?
Длинные влажные пальцы прикоснулись к ее щеке, не давая отстранить лицо от его ладони.
— Неверно, крошка. — Клод склонился ниже, почти впритык сближая их лица, пристально глядя в глаза девушки. Вызывая непонятное чувство, словно невидимой рукой, перекрывающей ей горло, не давая совершить вздох от непонятного… жара? — Я считал бы каплями, Кристиана, не глотками. И тут, думаю, набралось бы на всю твою жизнь, и даже больше. Аид брал месяц за зернышко. Я не царь подземного мира, и не мог бы позволить себе подобное великодушие. Я брал бы год за каплю.
— Не честно милорд, не предупредив… — Хрипло прошептала она, внезапно севшим голосом, задевая губами его щеку, так близко он склонил свое лицо. Крис ощутила, как непонятно тревожное тепло начинает зарождаться в ее животе. И, как бы ни пыталась Кристиан хорохориться, казалось, Клод ощутил это, продолжая так же легко гладить ее скулу, обжигая серебряным пламенем в темно-янтарных глазах.
— Персефону так же, не предупреждали, девочка. Она попала в плен своего любопытства и поддалась плетению искуса Аида. — Он усмехнулся, щекоча ее кожу этой усмешкой, и накрыл пальцами ее губы, мягко скользя по их контуру. — Но пока, единственное, что я хочу — это твой поцелуй, в обмен на утоленную жажду. Твой вкус, в обмен на эту воду, которая так тебе понравилась. Довольно честный обмен, не так ли? — Один уголок его рта приподнялся, придав мужчине чуть бесшабашный вид, и Кристиана, сама не понимая как, завороженная движением этих идеальных губ, ощутила, что ее голова дернулась в легком кивке согласия.
