Странно, но проводить вечер подобным образом оказалось неожиданно приятно. Сидеть в полумраке, разговаривая с Клодом, позволяя ему готовить ужин… — было тем, чему больше всего соответствовало ее восприятие «правильно». Не в смысле моральности их поведения этим вечером. Ей просто было комфортно сейчас. Не было никакого ощущения дисбаланса, который Кристина всегда ощущала на свиданиях. Словно этот мужчина что-то дополнил, заполнив недостающий кусочек в пазле…
Она даже вздрогнула. И встряхнувшись, попыталась вернуться в реальность. Ей стоило быть более предвзятой. Еще утром она проклинала этого мужчину, чувствуя боль, обиду и унижение от воспоминаний о том, как он обошелся с ней в том баре, а сейчас… Она напряглась. Нет, не стоило так легко доверять его очарованию.
Словно ощутив ее сомнения, Клод прервал затянувшуюся паузу, вновь увлекая Кристину рассказом.
— Не такие уж это были и суеверия, если верить все тем же записям. — Его улыбка была открытой и искренней. А вот глаза…, они не улыбались, внимательно всматриваясь. — Этого человека, в самом деле считали одним из самых могущественных магов в Европе того времени. Хотя, возможно, он просто умел искусно манипулировать людьми, теперь уже сложно что-то понять.
— Меня это не убеждает. — Кристина улыбнулась. — Но что же случилось с крестом этого мага, исходя из записей?
— Хорошо, вернемся к рассказу, — поддержал ее усмешку Клод. — Записи утверждают, что маг создал этот крест для одного человека…, для девушки, которая много для него значила. — Он сделал небольшую паузу перед этим уточнением, почти незаметную, но…
— Хотел иметь способ с ней связаться? — Поддела Кристина, вымучено улыбаясь, стараясь унять странное ощущение пустоты в районе желудка. Словно она застыла над краем пропасти, и с нездоровым, почти болезненным любопытством туда заглядывала, почти ожидая, что сорвется в следующее мгновение.
Может он ее чем-то опаивает? И в этом причина странных и непонятных ощущений и ассоциаций? Да нет, вряд ли, Клод пил то же самое вино. Сомнительно, чтобы он что-то подмешал в него. Да и для чего? Чтобы что-то от нее получить, ему было достаточно просто быть тем, кем он был. Боже, она становится невротиком.
Кристина отпила из бокала, больше, чем в предыдущие разы. Будто в попытке убедить себя, что все в порядке, и никакого странного ощущения тоски и безнадежности, словно неуловимого обрывка воспоминания о старом сне, не появляются у нее внутри от каждого нового слова в его рассказе.
— Не думаю. Скорей всего, он хотел защитить ее. Знать, что она всегда сможет позвать его, если ей будет грозить опасность. Возможно, ему или ей угрожали, но нам не узнать правды, верно? — Клод чуть нахмурился, словно не был в этом уверен. — Впрочем, это только мои догадки, а записи умалчивают о причинах такого подарка…, - Клод в свою очередь отпил вина. — Однако, — он замолчал, отвернувшись, чтобы взять еще одну тарелку, и поставил ее на стол. А Кристина не могла набрать воздуха в легкие, сведенные спазмом, не понимая, отчего, то, что она почти догадывается об окончании этой истории, вызывает в ней такую панику… — Так или иначе, через несколько недель они оба погибли. Некоторые источники утверждают, что всему виной было предательство. Правда, не уточняют, кто и кого предал. Крест, и еще несколько их вещей, так и не были найдены.
Кристина едва заставила себя проглотить вино, которое так необдуманно набрала в рот. Оно показалось ей кисло-горьким, разъедающим внутренности. И ей стало больно, по-настоящему больно от этого рассказа.
И странные картины, в который раз за этот вечер вспыхнули в сознании, наполняя душу отчаянием и страхом. Да что же с ней творится, Господи?!
— Вот такая история. — Голос Клода вернул ее к реальности, заставив Крис вздрогнуть.
— Печально. — Она отвела глаза, не желая показывать, что этот рассказа настолько ее затронул. Ей не хотелось чересчур открываться. Все, что происходило, и так, было слишком стремительным. Слишком странным. — А ты так много знаешь об этом…?
— Я имел к этой истории некоторый интерес, — Клод взял со стола еще одно яблоко, но не спешил разрезать его. — Можно сказать, что в определенном смысле, род моей деятельности был связан с этим. — Мужчина произнес это, будто мимоходом.
Она не поняла его замечания, и просто пропустила это мимо ушей. Как-то странно они, вообще, разговаривали, совершенно не о том, о чем Кристина могла бы ожидать.
— Но причем тут мое украшение? С чего ты решил, что это тот самый крест?
— Этот крест был единственным в своем роде, — Клод разрезал яблоко на половину, совершенно не глядя на нож, а наблюдая за чем-то позади нее, словно задумавшись… или не желая встречаться с ней глазами. — Поэтому я изучил все, что имело к нему отношение, и все имеющиеся рисунки, чтобы узнать отличительные признаки.
