– Хорошо. Если и впрямь в этом что-то есть… Ждите здесь, – велел он, развернувшись, и быстрым, почти торопливым шагом направился к распахнутым дверям часовни.
Он возвратился спустя две минуты, и, приблизясь, приподнял левую руку с наручем, испачканным черным слизистым веществом.
– Кровь обоих дала один результат, – с легкой растерянностью произнес шарфюрер и, отняв взгляд от своего рукава, осторожно уточнил: – И так с любым?
– Можно приучить себя не бояться солнца, – кивнул Курт, – можно даже стерпеть чесночные приправы, можно со временем суметь брать серебряные монеты голыми пальцами, но кровь, Келлер, не обманешь. Вам показать, что случается с человеческой кровью, или…
– Ни к чему. Это я и без вас знаю. Давайте-ка лучше совершим логическое продолжение опыта. Надеюсь, ваш барон не станет брыкаться?
– Не позволю всякому встречному резать себя, – вздернул нос фон Вегерхоф, выслушав предъявленные ему требования. – Вы не лекарь, и что мне делать после, если вы заденете важное сухожилие? Оставаться по вашей милости увечным?
– При всем уважении, господин фон Вегерхоф, – со скрипом улыбнулся Келлер, – если вы не позволите это сделать, я разобью вам к Господней матери нос, и тогда материала для исследования будет вполне довольно. Снимите куртку, и я возьму кровь из вашей раны на плече.
– Она только перестала кровоточить, и вы хотите, чтобы я ради ваших изысканий распотрошил ее снова?.. Просто дайте мне кинжал, и я сделаю это самостоятельно. Собственным познаниям в области анатомии я доверяю несколько больше, чем вашим.
– Я не дам вам оружия, господин фон Вегерхоф, даже если стены этого замка рухнут, и в проломы хлынут дьявольские орды. Чем дольше вы упираетесь, тем более крепнут мои подозрения, и я бы советовал вам…
– Моим познаниям ты доверяешь? – оборвал его Курт, и стриг, подчеркнуто утомленно вздохнув, поднял рукав, вытянув к нему руку.
–
– Можете потом подать на меня в суд, – отозвался Келлер, и стриг пренебрежительно фыркнул:
– Вы смеетесь, майстер… как вас там?.. Полагаете, у меня нет более важных забот?
– Н-да… – вынужденно произнес Келлер, глядя на растекающуюся по наручу рубиновую жидкость. – Что ж, похоже, вы человек.
– Неужели, – отозвался стриг саркастически. – Тогда, быть может, вы дадите мне что-нибудь, чем я мог бы перевязаться?
– Человек, – повторил шарфюрер, снова оттащив Курта в сторону, поглядывая на то, как стриг неловко и неумело завязывает порезанную руку. – И вы, что характерно, тоже. Не скажете, кто, в таком случае, убил того стрига столь нетрадиционным способом?
– Думаю, один из сородичей, – пожал плечами Курт. – Мне удалось услышать, что они повздорили между собою; один из них призывал на все плюнуть и уйти из замка. Судя по всему, он был слишком настойчив, и мастер решил его успокоить.
– А вы успокоили мастера, – докончил Келлер. – И еще с два десятка человек… Знаете, Гессе, часть моих парней, те, что уже знают, с чем пришлось бы иметь дело, вам благодарна. Другая часть, новички, готова вас убить. Сам я колеблюсь в выборе. Почему вообще вы здесь оказались? Зондергруппа была на подходе, зачем вы полезли сюда с этим хлыщом?
– Графиня фон Рихтхофен была похищена стригами и содержалась здесь. Ждать было нельзя, ибо время прибытия ваших парней, Келлер, оставалось неизвестным, посему я принял решение проникнуть в замок и спасти бедную женщину. Поскольку же она является невестой барона фон Вегерхофа, он также не счел возможным оставаться в стороне.
– Я настолько похож на идиота, или у меня сегодня просто такой дурацкий вид после четырех часов лежания под кустом у этих стен? – мрачно поинтересовался шарфюрер. – Эту сказку, Гессе, вы будете рассказывать горожанам, кое-кто из которых после наверняка сложит красивую балладу о доблестном рыцаре, ринувшемся спасать суженую в компании с великодушным и напрочь благочестивым инквизитором. Это не в вашем духе. Чтобы Молот Ведьм в нарушение всех предписаний, без поддержки и подготовки сунул голову в осиное гнездо ради какой-то графиньки, потому что она невеста его приятеля… Я не вчера родился. И с вашим бароном не все гладко. Он наш агент, так?
– Я этого не говорил, – возразил Курт, и Келлер тоскливо вздохнул:
– Значит, я прав. И девку наверняка пришлось спасать только ради того, чтобы он не передумал насчет своего служения; я всегда считал агентуру нашей ахилловой пяткой. От нее порой проблем больше, чем пользы… А теперь главный вопрос: что с фогтом? Каким невероятным манером он скакнул из подозреваемых в потерпевшие?
