Ведущий в погибель полностью

– Возьму на заметку, – кивнула Адельхайда. – И, раз уж у нас сложился столь непринужденный светский разговор, майстер Гессе, позволю себе также добрый совет: если намерены и впредь разгуливать по ночному Ульму, купите себе охотничьи сапоги. Ваши колодки, конечно, удобны для боя и путешествий, но это лишь ко мне вы сумели подкрасться (примите искреннюю похвалу от профессионала – немногим это удается), однако же будь на моем месте тот, кого вы разыскивали, ваш топот он услышал бы еще по ту сторону улицы. Кроме того, выслеживать его на земле – плохая идея. Так и вы в большей опасности, и упустить его из виду проще. Крыши – вот что нужно. Для чего, опять же, требуется совсем иная обувь.

– Учту, – отозвался он коротко, разряжая арбалет и злясь на себя за то, что упомянутого этой дамочкой оружия никак не может разглядеть в ее экипировке. – Как я уже сказал, я начинаю свыкаться со всем в этом деле, верить начинаю почти всему и почти всем, даже странным женщинам в одежде ночного вора, однако – не будете ли вы столь любезны сообщить мне, где и когда я сумею увидеть вас днем? Дабы убедиться в подлинности хотя бы вашего положения «по легенде».

– Мое положение официально не только согласно легенде, майстер Гессе, – улыбнулась Адельхайда. – Имя, названное мною – подлинное, и de jure, и de facto. Графиня фон Рихтхофен, в Ульме уже более месяца. Увидеть меня днем вы сможете, если посетите «Моргенрот»; название, на мой взгляд, несколько неподходяще для гостиницы, предназначенной родовитым постояльцам, каковые не просыпаются раньше полудня[70], однако – не мне давать советы дельцам. Мною снят весь второй этаж, посему, если у вас возникнет желание обсудить что-либо, касающееся текущего расследования, лишних ушей и глаз не будет. Ну, или – если вам придет в голову арестовать меня за самозванство, на каковую глупость, надеюсь, вы не отважитесь прежде, нежели переговорите с Александером, который подтвердит мои полномочия; ведь в его-то полномочиях вы уверены?

– «Александер»… – повторил Курт медленно. – Давно работаете вместе или попросту плотно сотрудничаете?

– Вы бестактны, майстер Гессе. Но я не в обиде.

– Ergo?

– В первом случае – это не ваш уровень доступа, во втором – не ваше дело, – пояснила она с подчеркнутым благодушием. – Ведь я не спрашиваю, откуда человеку вашего положения известно, что за сорта мыла предпочитают высокородные дамы.

– Наверняка не спрашиваете потому, что это – известно вам.

– А знаете, майстер Гессе, по тому, что я слышала, я вас представляла себе иначе – таким, знаете ли, брутальным красавцем с огнем в глазах.

– Рад разочаровать.

– Любите разочаровывать женщин, майстер Гессе?

– Смотря по тому, какой смысл вы вкладываете в это понятие.

– «Разочарование»?

– «Женщина», – пояснил Курт предельно любезно. – Всякое понятие в нашем несовершенном мире весьма зыбко и туманно, а это – уж тем паче.

– Вы женоненавистник?

– Не обобщайте данных, госпожа фон Рихтхофен, о которых не осведомлены в полной мере.

– Не недооценивайте тех, о ком не осведомлены хоть в какой-либо мере вы сами, майстер Гессе.

– Переоценить порой опаснее, особенно данные о понятиях зыбких. Предпочитаю взвешивать.

– Ваши весы столь надежны?

– Последняя корректировка выправила все недочеты.

– Самонадеянность – скверный советчик, майстер Гессе.

– Убежден, вы превосходно знаете, о чем говорите, госпожа фон Рихтхофен, – кивнул Курт с холодно-учтивой улыбкой. – Приятно принимать советы от человека, близко знакомого с предметом. Наверняка будет весьма самонадеянным продолжать наш столь познавательный разговор и далее, стоя здесь, среди этой живописной улицы, и надеясь, что искомое явится само с поднятыми руками. Опасаясь вновь показаться женоненавистником, госпожа фон Рихтхофен, вынужден, тем не менее, проявить бестактность и прервать беседу, каковую мы продолжим завтра, если, разумеется, завтра я все еще застану вас в гостинице или хотя бы в Ульме вообще.

– Я повременю с побегом, – пообещала Адельхайда фон Рихтхофен с раздражающе незлобивой улыбкой. – Раз уж вам столь полезны мои советы.

– «Приятны», – возразил Курт. – Увы, не всегда то, что приятно, так уж полезно, чаще наоборот.

– А вы не привыкли уступать, верно, майстер Гессе?

– У меня еще много полезных для здоровья привычек, – отозвался Курт, совершенно неучтиво развернувшись к ней спиной и двинувшись прочь. – К примеру, вечерние прогулки перед сном. До завтра, госпожа фон Рихтхофен.

Позади осталось молчание, однако он сильно сомневался в том, что у этой дамочки подошел к концу запас колкостей. Это добро она производила на месте в неограниченных количествах, как войсковой обоз – камни для орудий. Сегодня на нем явно испытали мелкий калибр, лишь прощупывая броню, каковая начала давать трещины, ибо в одном из утверждений этой особы была немалая правда. Женоненавистником он, разумеется, не стал, однако вполне определенные представительницы дщерей Евиных вызывали в нем теперь раздражение и неосознанное, противное логике неприятие.