Я кивнул и принялся стягивать перчатку. Не успел я избавить руку от парализующей кожи, как она пришла в движение и отвесила мне звонкую оплеуху, к всеобщей радости лесных нимф. Они радостно захихикали, придерживая пухлые животы.
«Проклятые Дундель и Оссиан! – выругался я. – Неужели нельзя было подобрать что-нибудь более покладистое?»
Королева прикрикнула на своих подданных, и хохотуньи заткнулись. Придерживая руку за запястье, я двинулся к маленькой колдунье. Меня швыряло из стороны в сторону.
Иногда рука вырывалась и прикладывала меня кулаком по носу или по животу. Пару раз она ухватила меня между ног, так что, когда я наконец добрался до королевы лесных нимф, чувствовал я себя очень неуютно – избитым и подавленным (железные пальцы подавили буквально все! – такие у меня в этот момент были ощущения).
Королева сделала пасс – и рука внезапно обмякла. Я попробовал пошевелить ею, но безрезультатно. Точно так она вела себя, когда находилась в перчатке.
– Так, – сказала фея, – довольно простой экземпляр, хотя владелец – явный сексуальный маньяк!
– Я…
– Я не о тебе, – жестом прервала меня королева, – я о прежнем владельце.
– Да?! – вскричал я, хотя некоторые подробности жизни этого демона мне уже были известны и я мог бы сам сделать выводы о его нездоровых увлечениях.
– Думаю, я смогу тебе помочь, – заметила королева, – но скажи мне сначала, Дарт Вейньет, будешь ли ты пользоваться этой рукой только во благо?
– Это еще что значит? – с подозрением спросил я.
– Это значит, что, помогая тебе, я хочу быть уверена, что эта рука не будет совершать греховных поступков, – ответила она.
– Так, понятно, – ответил я и на секунду задумался. – В принципе я могу кое-кого прирезать, и меч будет сжимать эта рука, но это будут исключительно плохие люди – отъявленные мерзавцы. Скорее всего, этой рукой я также буду ласкать женщин, но это будут исключительно хорошие женщины – замечательные бабцы…
– Ладно, мне все понятно, – сообщила королева лесных нимф, – будем считать, что ритуал мы соблюли… Это простая формальность, – добавила она, – таков обычай, единый для всех добрых фей, – если я кому-то помогаю, вынуждена спросить, не пойдет ли это во вред.
– А-а-а, – испытав сильное облегчение, сказал я и широко улыбнулся. – А я – то уже подумал, что вы откажете мне в помощи, Делена Прекрасная, если я отвечу слишком откровенно…
– Не стоило отвечать слишком откровенно. – Королева крутила перед глазами колечко норного народца, любуясь черным кварцем. – Твои морально-нравственные устои меня всерьез покоробили, король Стаперта Дарт Вейньет, но мы же договорились…
– Вот и мне так показалось, – кивнул я, – кстати, я назначил наместником норного народца Лермона, такого рыжеволосого…
– Лермона?! – вскричала королева. – Этого негодяя?!
Она затопала ногами, лицо ее пошло красными пятнами. Лесные нимфы засуетились вокруг, стараясь утешить королеву, запричитали, посылая проклятия норному народцу в общем и Лермону – в частности. Я понял, что опять сболтнул что-то не то.
– С другой стороны, – сказал я, стараясь поскорее исправить ситуацию, – теперь норный народец в вашей власти, так что вам и решать, кто будет у них наместником. Можете хоть хорька лысого назначить.
– Да… точно… это так. – На лице Лелены отразилось немыслимое торжество, она захохотала, снова забралась на трон и сообщила то, что мне совсем не понравилось: – Вот что, мои милые подданные, эти земляные червяки теперь будут работать на нас с восхода до заката. Я им покажу, как шутить шутки с королевой лесных нимф! И когда все они начнут молить меня о прощении…
– Как там с моей рукой? – напомнил я и пояснил: – Не хотел прерывать вас, просто опасаюсь, что от голода вот-вот грохнусь в обморок и мы не успеем завершить наши дела.
– От голода?! – опять вскричала королева, и я вздрогнул. – О боже, да ты, видно, давно ничего не ел?
– Очень давно, – заметил я и огляделся кругом с осуждением, – я говорил вашим подданным, они посочувствовали, но и только…
– Немедленно накормить его, – закричала Лелена и бросилась с трона на окружающих ее толстушек – они с визгом разбежались.
Вообще-то поручение королевы можно было выполнить без истерических воплей и причитаний, но, как большинство существ женского пола, лесные нимфы отличались излишней эмоциональностью. Не знаю, что их привело в столь бурный настрой – гнев Делены Прекрасной, затмившей солнце, или то, что я готов грохнуться в обморок от голода. Может, даже, что и то и другое. Я стоял, наблюдая безумный кавардак, и недоумевал – почему они не летают по воздуху, ведь так было бы гораздо удобнее. Передвигая пухлые ножки по земле, они буквально из сил выбивались…
Должен признаться, что трапезу мне закатили необыкновенную. Немного расстроило меня отсутствие мяса, зато на столе были орехи, мед, пироги с вишней, капустой, мясом и великое множество сладких пирожных…
– А как насчет руки? – напомнил я, запихивая в рот медовую трубочку.
– Подойди, – сказала Делена.
