Однажды, наблюдая за выступлением Ханя на гонках, я наткнулся на группу поклонников. Среди них был Вэй Фэйжань – поджарый девятнадцатилетний парень из провинции Аньхой, который подпрыгивал от предвкушения встречи с кумиром. Вэй прочел “Тройную дверь” в десятом классе. Его вдохновила попытка Ханя издавать журнал, и теперь он с друзьями пытался сделать то же самое в городе Чанша. “Я хочу, чтобы журнал получился отличным. Я немного идеалист, – заявил он. – Мы все делаем сами, за нами не стоит компания или еще кто-то”. Для первого номера они хотели взять интервью у Ханя.
Вэй проехал на поезде четырнадцать часов, чтобы встретиться с ним.
Всякий раз, когда поклонники Ханя говорили о его работе, они описывали ее как откровение (один блогер назвал ее “уколом адреналина, пробудившим нас от апатии”). Некоторое время Вэй помогал с организацией фан-сайта Ханя, “но интернет-инспекция Нинся заставила нас закрыться. На сайте были все его записи, и они сказали, что это слишком деликатные вопросы”. В разговор вмешалась скромная девушка в оранжевом свитере: “Хань олицетворяет то, кем каждый из нас хочет стать, и вещи, которые мы все хотим делать, но боимся”.
Поклонники Ханя напомнили мне Майкла из “Крейзи инглиш” – он тоже был поклонником Ханя и однажды показал в телефоне приложение, где были собраны все его книги.
Незадолго до нашей встречи Майкл начал преподавать вне “Крейзи инглиш”. Чтобы привлечь учеников, он купил маленький усилитель и давал бесплатные уроки в парке в Гуанчжоу под восьмиметровым баннером: “Добро пожаловать на Олимпиаду, зовите людей на Азиатские игры. Английский под открытым небом для волонтеров”. Майкл занял пятьдесят тысяч юаней в местном кредитном кооперативе, несмотря на возражения родителей, которым это казалось рискованным: “Вся семья была против”. Но через пару месяцев Майкл набрал платежеспособных учеников, и дело пошло. Кроме того, Майкл получил небольшой контракт с местной компанией по пропаганде Олимпиады, заработав полтысячи долларов за запись сотни фраз, которые могли выучить волонтеры. “Я был очень горд, – записал он в дневнике. – Я заработал на новый костюм и галстук”.
В январе 2009 года Майкл оставил “Крейзи инглиш” и вместе с другим преподавателем учредил фирму
Английский Майкла всегда поражал меня. Для человека, никогда не покидавшего Китай, он говорил отчетливо и делал сравнительно мало ошибок в речи и на письме: не было ничего, что он не сделал бы во имя самосовершенствования. Когда учитель вокала предположил, что Майкл может отточить произношение, разминая перед зеркалом лицевые мышцы, он стал делать так даже в автобусе. Пассажиры наблюдали за ним с опаской. Когда другой учитель посоветовал кричать громче, чем рекомендовал Ли Ян, Майкл попробовал и это. “Своей цели я не добился, – отметил он в дневнике. – Получил только хронический фарингит”. Врач предписал Майклу ингаляции.
Майкл прочесывал Сеть в поисках английских записей и долго повторял их вслух, чтобы отточить произношение. Он поставил мне одну из своих любимых:
(У продавцов, что бы они ни рекламировали, характерные интонации.)
Майкл улыбнулся. Ему нравились голоса радиоведущих. Он изменил тон и выпалил:
