Можно было сказать и так, но выйдет не очень точно:Иносказание в духе давно устаревшей поэтики,Которая обрекла на непосильную схваткуСо словами и смыслами. Дело здесь не в поэзии.Повторяя мысль, подчеркнем: поэзию и не ждали.Какова же ценность желанного, много ли стоитДолгожданный покой, осенняя просветленностьИ мудрая старость? Быть может, нас обманулиИли себя обманули тихоречивые старцы,Завешавшие нам лишь туман для обмана?Просветленность — всего лишь обдуманное тупоумие.Мудрость — всего лишь знание мертвых тайн,Бесполезных во мраке, в который они всматривались,От которого отворачивались. Нам покажется,Что знание, выведенное из опыта,В лучшем случае наделеноВесьма ограниченной ценностью.Знание это единый и ложный образ,Но каждый миг происходит преображение,И в каждом миге новость и переоценкаВсего, чем мы были. Для нас не обманЛишь обман, который отныне безвреден…Поэтому говоритеНе о мудрости стариков, но об их слабоумье,О том, как они страшатся страха и безрассудства.О том, как они страшатся владетьИ принадлежать друг другу, другим или Богу.Мы можем достигнуть единственной мудрости,И это мудрость смирения: смирение бесконечно.<p>МЫ — ПРУФРОКИ</p>Ну что же, я пойду с тобой…
Мы — илоты, пытающиеся обмануться. Всю жизнь — фарс! — шуты, ломающие комедию. Жалкие комедианты…
В дешевых кабаках, в бормочущих притонах,В ночлежках для ночей бессонных:Уводят улицы, как скучный спор,И подведут в упорК убийственному для тебя вопросу…Не спрашивай, о чем.Ну что ж, давай туда войдем.Герои, идущие в обход; вся жизнь — "преодоление" обстоятельств. Всё в воображении: мы не способны отважиться ни на что: даже на слова.
Герой, однако, стремится обосновать свою внешнюю, пруфроковскую безгласность как возвышенно-ироническое отречение от любви, так что возникает подобие драматического монолога.
Существует огромное количество версий прочтения Пруфрока: смесь скепсиса и веры, трагизма и иронии, издевки и самопародии; есть даже понятие "синдром Пруфрока" — невротический конфликт и его поэтическая инструментовка. Мне же кажется, всё — о нас… Убожество города, бесприютность человека, бессмысленность его жизни — нет, всё это не "реквием умирающей цивилизации" — наша с вами убогая и унылая жизнь…
Даже стремление героя обосновать свою внешнюю, пруфро-ковскую безгласность как возвышенно-ироническое отречение от любви (по причине сексуальной неполноценности), даже претензия на пафос…
И конечно, будет времяПодумать: "Я посмею? Разве я посмею?".Время вниз по лестнице скорееЗашагать и показать, как я лысею…Разве я посмеюПотревожить мирозданье?Каждая минута — времяДля решенья и сомненья, отступленья и терзанья.Я жизнь свою по чайной ложке отмеряю…Это сатирическая ода эвримену, каждому, и мне, и тебе, и тебе…Нет! Я не Гамлет и не мог им стать;Я из друзей и слуг его…Благонамеренный, витиеватый,Напыщенный, немного туповатый,По временам, пожалуй, смехотворныйПо временам, пожалуй, шут.Так в чем же наша сила? — В Пруфроках… Пруфроковская культура. В ней мы живем и творим. Что? Величайший пруфроковский реализм сюсюканья и матерщины.
