Таковы были пути роста и преобразования экономики развитых стран. Что поражало современников, следивших за жизнью развитых стран, — так это не только очевидные перемены в их экономике, но и ее еще более очевидные успехи. Поистине, они жили во времена расцвета! Даже трудящиеся массы получали пользу от этих успехов, по крайней мере, до тех пор, пока индустриальная экономика 1875–1914 годов требовала больших трудовых затрат и участия почти неограниченного количества сравнительно неквалифицированных и малообученных работников, как мужчин, так и женщин, стремившихся жить в городе и работать на фабрике. Именно благодаря этому обстоятельству возник поток переселенцев из Европы в США, искавших свое место в промышленном мире. Однако, хотя эта экономика и обеспечивала работой, она давала работнику лишь достаточно скромный, а иногда и минимальный заработок, впрочем, избавлявший от бедности, что для большинства трудящихся людей во все времена было главной целью и благом. В ретроспективных преданиях трудящихся классов, относящихся к десятилетию, предшествовавшему 1914 году, нет упоминаний о «золотом веке», как называли это время представители богатого и даже среднего класса. Для обеспеченных людей это действительно была «прекрасная эпоха», рай, потерянный после 1914 года. Для бизнесменов и правительств 1913 год стал после войны неизменным образцом для сравнения, точкой отсчета, к которой они хотели вернуться после эры невзгод. Оглядываясь назад из сурового и смутного послевоенного времени, они вспоминали некоторые замечательные события предвоенного бума как прекрасную «норму жизни», которая снова должна существовать. Увы! Как мы увидим далее, те самые тенденции в предвоенной экономике, благодаря которым это время стало «золотым» для средних классов, привели в конце концов к войне, революции и общественным бедствиям и сделали невозможным возвращение «утерянного рая».
Лишь полная политическая близорукость и наивный оптимизм могут препятствовать признанию той истины, что неотвратимая торговая экспансия, осуществляемая нацией под руководством буржуазии, неизбежно ведет, после некоторого переходного периода относительно мирной конкуренции, к приближению момента, когда только сила может решить, какой частью мировой экономики будет управлять эта нация, т. е. определить ее сферу деятельности и, в том числе, возможности ее трудящихся зарабатывать себе на жизнь.
«Оказавшись среди узкоглазых, — сказал германский император, — помните, что вы — авангард христианства, и смело направляйте свой штык против любого неверного. Дайте им почувствовать, что означает наша западная цивилизация. И если попутно подвернется шанс прибрать к рукам какую-нибудь маленькую страну, не позволяйте этим французишкам и русским опередить вас».
Мировая экономика, ведомая развитыми и развивавшимися странами, составлявшими «ядро» капитализма, превращалась, по всем признакам, в систему, где «передовые» господствуют над «отсталыми», короче говоря, в мир империй. Как ни удивительно, но период с 1875 по 1914 год можно назвать «Веком Империи» не только из-за развития империализма, но и по более простой причине. Это был, пожалуй, тот период мировой истории, в котором существовало как никогда много правителей, официально именовавших себя «императорами» или, по мнению западных дипломатов, заслуживавших этого титула.
