После смерти П.А. Кропоткина в 1921 году был создан Всероссийский комитет по увековечению его памяти, в состав которого входила автономная анархистская секция. Это была совершенно безобидная организация, никак не тревожившая власти; однако в дальнейшем от нее предпочли избавиться - так же, как избавились от Общества бывших политкаторжан, издававшего интереснейший журнал "Каторга и ссылка". В середине 1920-х годов группы приверженцев анархизма представляли собой небольшие кружки теоретиков, не нашедших в свое время сил уехать за границу из-под неусыпного надзора властей. Тем не менее, музей Кропоткина, открывшийся в 1923 году в Москве, в доме, где родился великий теоретик анархизма, на некоторое время стал центром анархистской пропаганды. По данным, приведенным Серафимом Каневым в выше цитировавшейся книге "Октябрьская революция и крах анархизма" (стр.387), здесь до февраля 1924 года читали лекции и делали доклады (всего 31). Оценивая эту работу, анархист эмигрант А. Горелик писал, что там "сохраняется анархистская мысль" (там же). 1 июля 1926 года анархисты устроили в зале Политехнического музея в Москве вечер, посвященный 50-летию со дня смерти М.А. Бакунина. Выступали последние остававшиеся в России на свободе известные анархисты - Алексей Боровой, А.Солонович, И.харихардин, а также М.Сажин (Арман Росс), 80-летний старый революционер, друг и соратник Бакунина, член Всесоюзного общества политкаторжан и ссыльнопоселенцев. Агенты ГПУ, явившиеся на вечер, освистывали выступавших, имитируя гнев народных масс, просочившихся в зал; "публика стала терять запасы терпения, и старой Кропоткиной не пришлось закончить свою речь.. ",- сообщал корреспондент "Вечерней Москвы" 2 июля 1926 года. Другого наименования Софье Григорьевне Рабинович, старейшей революционерке, кроме как "старая Кропоткина", журналист придумать не мог…
Власти организовывали и "покаяния" бывалых анархистов. В 1923 году в "Известиях ЦИК СССР" было опубликовано заявление группы анархистов, каявшихся в каких то "злоупотреблениях революционной фразой". Под заявлением стояли подписи десяти человек; среди них были анархисты со. стажем с 1900-1904 гг. и такие видные деятели анархистского движения, как И.М.Гейцман.
Тем не менее в 1925-1926 гг. анархо-синдикалистам удалось все же опубликовать две брошюры об истоках анархической мысли" на примере философских школ древнего мира.
В 1924 году эмигрировал в США А.Л.Гордин. С его отъездом практически исчезла организация анархистов-универсалистов. Его брат В.Л. Гордин, оказавшийся уезжать, был спроважен в 1925 году в психиатрическую клинику. В 1926 году умер А. А Карелин, и одновременно с его смертью прекратили деятельность Всероссийская федерация анархистов и Всероссийская федерация анархистов-коммунистов. Легальные анархисты прекращали свою деятельность официально, в то время как лица, осмеливавшиеся открыто критиковать советскую власть, отправлялись по этапу на Соловки - вместе с последними эсерами и меньшевиками. Властям надоело церемониться с бывшими борцами с царизмом; тем более, что в стране назревала волна борьбы со вполне реальной опасностью для партаппарата - с многочисленными кругами молодых и весьма активных троцкистов.
Дольше других анархистских групп продержалась секция при Всероссийском комитете по увековечению памяти Кропоткина. А. Боровой в 1934 году, пребывая на свободе, растерянно писал о том, что друзья его "как то незаметно покинули". Престарелый теоретик никак не мог понять, что этих друзей и на свободе то почти не осталось…
Музей Кропоткина еще несколько лет существовал на добровольные пожертвования и за счет продажи входных билетов. В октябре 1935 года руководители музея, встретившись с завмузейным отделом Наркомпроса РСФСР, который возглавлял тогда Ф.Я. Кони, в целях сохранения экспозиции были вынуждены просить о передаче музея на финансирование за счет госбюджета.
Немногочисленные посетители музея, среди которых было достаточное количество переодетых агентов правоохранительных органов, оставляли в книге отзывов заявления, из коих становилось видно, что комсомольская работа по воспитанию подрастающего поколения в советской России ведется на достойном уровне. "Музей не дает критики анархизьма, как мелкобуржуазного утопического социализьма" - один из самых типичных отзывов.
В конечном итоге музей П.А. Кропоткина был передан вдовой покойного в дар советскому правительству. 2 октября 1938 года в управление музеем вступил директор, назначенный музейно- краеведческим отделом Наркомпроса.
Трое-четверо глубоких стариков - ветеранов анархистского движения - мирно доживали свой век, неинтересные никому в своей родной стране, которой они отдали всю жизнь; большая часть анархистов, не успевших выехать за пределы республики, гнила в лагерях. До реабилитации 50-х - 60-х годов почти никто из них не дожил. Да и те, что вышли из заключения, в основной своей массе реабилитации не подлежали…
