После обмена приветственными любезностями, в короткой беседе с духовным лицом выяснилось, что падре Азиз на протяжении многих лет увлечённо занят созданием новой всемирной религии путём синтеза “слабеющего христианства” и “набирающего силу ислама”. На реплику Алексея о том, что современное человечество, вероятно, могло бы от религии и вовсе отказаться, падре Азиз ответил, что традиционная религия обречена руководить “безднами коллективного бессознательного” ровно до тех пор, пока эти тёмные и неизведанные области в мозгах людей наука не научится ставить под контроль.
— Но ведь настоящая религия обычно не копается в подсознании, а стремиться буквально выжигать его, провозглашая перед людьми высшие идеалы,— аккуратно сформулировал своё несогласие Алексей, заинтересовавшийся поднятой падре Азизом темой и решивший с ним немного подискутировать.
— Так было в прежние времена,— с лёгкой улыбкой посвящённого пояснил странный падре.— Когда в момент смерти перед взором человека необратимо гаснул свет, то только вера в высшие принципы мироздания была способна его утешить в этот страшный миг. Однако уже сегодня имеются технологии, позволяющие сохранять человеческую мысль - так, тысячи людей после своей биологической кончины с помощью программ-роботов продолжают виртуальное общение в социальных сетях. В скором будущем наука научится перезаписывать сознание человека на внешний физический носитель, в результате чего люди обретут технологическое бессмертие. Далее - научатся копировать и душу, словно файл. Поэтому грядущее поствитальное бытие более не будет нуждаться в утешении, зато во весь рост встанет вопрос о регулировании. И смысл новой религии именно в обеспечении этого самого регулирования и будет состоять, мой несравненный граф!
Ещё немного пообщавшись с падре Азизом, который в своих убеждениях демонстрировал выдающуюся бескомпромиссность, Алексей уяснил, что в философских конструкциях падре предусмотрено место для всего, за исключением сердца. Придание значимости движениям человеческого сердца падре считал глупым и опасным пережитком прошлого, для которого в новом прекрасном мире не должно быть места.
Согласиться с этим Алексей принципиально не мог. Намереваясь поскорее завершить беседу, Алексей пожелал падре Азизу не “успехов”, а просто “хорошего вечера” - чем, однако, воодушевил старика и обрёл из его рук некий талисман в виде сплетённого из медной проволоки яйца, означающего не то вечность, не то прозрачность и постижимость жизни. Правда, с определённого ракурса яйцо напоминало клубок из вцепившихся друг в друга змей. Алексей был вынужден произнести в ответ дежурную благодарность, после чего сразу же спрятал подарок падре в карман, зарёкшись при первой же возможности от него избавиться.
Следующий гость, неожиданно поспешивший представить себя, был странным и мрачным типом с волосами ниже плеч и бледным лицом, на котором застыла гримаса прерванного сладострастия. От него сильно пахло парфюмом и определённо разило спиртным - несмотря на то, что вечер только начинался. Когда он подходил, то Алексей обратил внимание, что по лицу Катрин пробежала презрительная гримаса. Герцог, как показалось, тоже был не особенно рад, однако отдавая дань этикету, выразил своё восхищение от встречи и поспешил предоставить графу Гурилёву возможность самому расспросить гостя о его достижениях и планах.
Гостя звали Альварес Фабиан, он происходил из рода арагонских грандов, однако местом своего жительства и работы назвал “Европу целиком”, зачем-то добавив, что приезжать и находиться в “деградировавшей Испании” ему неуютно. Видимо, Фабиан уже приметил в толпе гостей сумасбродного канадца, поскольку ёрнически поинтересовался, не прибавилось ли сегодня число адептов теории о превращении людей в компьютеры.
— Надеюсь, что нет,— вместо Алексея поспешила выпалить Катрин.— Мерзкая и злая идея!
Фабиан в ответ расхохотался:
— Гениально! Значит, я прав - люди не позволят начать превращать себя в озабоченно-ленивые овощи! У меня есть куда лучшее решение, чем занять человечество, которое в постиндустриальном мире не будет нуждаться, чтобы вкалывать до седьмого пота. Вы же в курсе, что очень скоро проблема, чем занять и куда деть лишних людей, сделается для человечества основной?
— Да,— невозмутимо ответил Алексей,— я наслышан об этом. А что вы предлагаете?
— Я предлагаю превратить Землю в океан любви! Золотой век человечества, которого, разумеется, никогда не было, есть лишь неприкрытая мечта о безграничной и постоянной страсти, которая не знает ни перерывов, ни биологических пауз, которая не прекращается ни на минуту, ни на секунду, которая не ведает даже сна! На протяжении веков на первом месте была любовь между мужчиной и женщиной, хотя подобный вид любви, если разобраться,- самый тяжёлый и неблагодарный. Но применительно к людям, занятым выживанием, войнами и к тому же заинтересованными в максимальной рождаемости, у данного типа любви не было альтернатив.
— Вы полагаете, что будущее за мужеложством?— усмехнулся Алексей.
