— Да, но ведь есть разные интересные особенности,— попытался возразить Алексей, не желая пока что сильно озадачивать себя точностью и глубиной.— Разные традиции, культура… Колориты национальной кухни - почему и нет?
В ответ старая княгиня рассмеялась, отчего её плечи и грудь перешли в изящное и живое движение.
— Глупости! Глупости, милый граф! Все эти различия остались далеко позади. Я ещё могу понять моего племянника Грегори, который гордится тем, что ел во Вьетнаме горячее и трепещущее сердце змеи - какой-то местный колорит, может быть, и стоит однажды дать себе почувствовать, однако жить с ним постоянно - несусветная глупость! Если в любом уголке мира можно отыскать высокий комфорт и привычную еду, то зачем отождествлять себя с менее развитыми индивидами? Жизнь состоявшегося человека должна проходить под единственным девизом, и девиз этот - enrichissez-vous [наслаждайтесь! (фр.)
— Пожалуй, в ваших словах есть резон,— ответил Алексей, приняв для себя стратегическое решение не вступать со странной собеседницей в затяжные споры.
— Разумеется есть!— с подобревшим лицом расхохоталась княгиня.— Если, конечно, имеются деньги, чтобы заплатить за должный комфорт. Но ведь вы же не станете утверждать, что стеснены в средствах?
— Думаю, что не стану,— Алексей тоже улыбнулся и пожал плечами.— В настоящее время я не нахожу причин для беспокойства.
Княгиня Лещинская снова рассмеялась, после чего отпила немного воды из своего узкого бокала.
— А вы, граф Алексей, я нахожу - озорной человек! Ваша игра в скромность напоминает мне Ротшильдов в дни их молодости!
— А вы имели удовольствие быть с Ротшильдами знакомы?
— Почему это - имела? Продолжаю общаться и дружить со всеми их пятью домами. А также, по мере сил, с Рокфеллерами, Морганами, потомками Якоба Шиффа [Я.Шифф (1847-1920) - американский банкир, глава синдиката Kuhn & Loeb, прославившийся объявлением российского императора личным врагом, один из крупнейших спонсоров революционного движения в России], который, в отличие от меня, очень не любил Россию, и многими другими скромными и малозаметными для публики тружениками, приводящими в движение сегодняшний мир. И насколько я осведомлена - вы, граф, также вскоре намерены вступить в этот замечательный клуб.
Если раньше Алексей лишь смутно догадывался о неслучайности встречи с княгиней Лещинской, то теперь становилось ясно, что свести её к малозначимому и беспечному разговору не удастся. “Всё знает, чертовка! Не отвертишься…”
— Вы правильно осведомлены, княгиня. Однако вам не стоит меня переоценивать. Без финансового образования я вряд ли чего-то значительного добьюсь.
— То есть вы не хотите считать себя членом клуба, граф Алексей? Кто же вы тогда?
— Сам того не знаю. Наверное, просто баловень судьбы.
Но вместо ожидаемого осуждения княгиня вновь рассмеялась.
— Одно другому не мешает, мой милый граф! Поверьте мне, ведь я кое-что понимаю в этой жизни. Послушайте!— продолжила она, немного подавшись вперёд.— Пока сюда не пришли посторонние, я хочу поговорить с вами несколько минут об очень, очень серьёзных вещах.
Княгиня замолчала, словно желая убедиться, что её собеседник вполне сосредоточился, и затем продолжила тоном уверенным и спокойным, с каким обычно провозглашают неоспоримые истины.
— Граф Алексей, я предметно переговорила с любезнейшим бароном Шолле и могу сообщить вам, что на сегодняшний день вы являетесь самым богатым человеком на планете.
Княгиня сделала паузу в ожидании ответа, однако ответа не последовало. Нисколько тому не смутившись, она продолжила:
— Вы действительно самый богатый в сегодняшнем мире человек, и этот факт вам необходимо чётко осознать.
— Простите, княгиня,— прервал молчание Алексей.— А во сколько оценивают моё состояние?
— Если считать в долларах, то в три или четыре триллиона. А может быть - и во все семь.
— Семь триллионов? Трудно в это поверить… Насколько мне известно, располагаемый мною лимит денег не превышает пятнадцати миллиардов американских долларов, из которых я кое-что уже потратил, хотя, надеюсь, что немного… Векселя и акции могут стоить, если не ошибаюсь, чуть более трёхсот миллиардов. Это немало, но триллионами здесь не пахнет.
— Тогда лучше слушайте, что говорит вам более опытный человек! Тем более - не имеющий ни малейшего намерения вас обмануть.
— Что вы, княгиня! Я даже помыслить о подобном не мог!
