Винд лежал у себя на кровати, безмолвно уставившись в потолок, и, кажется, впервые за долгое время пытался разобраться в себе самом. Умопомрачительная аграфская девушка покинула его каюту полчаса назад, пообещав перед уходом с особой жестокостью прикончить его, если о том, что произошло между ними, узнает хоть одна живая душа. Хотя, безусловно, Бор, как истинный джентльмен, и не планировал распространяться об этом моменте близости, тем более он, пожалуй, впервые за много лет вдруг почувствовал себя рядом с ней на самом деле живым. Это было как глоток свежего воздуха в знойный и душный день. На душе стало удивительно хорошо и легко, причём ему отчаянно не хотелось отпускать девушку, но удерживать её силой он посчитал кощунством. Жалел землянин лишь об одном — всё-таки поддался женскому обаянию и не смог удержать язык за зубами, рассказав о том, что действительно произошло в тот момент, когда они попали в темпоральную аномалию. Да и о ней самой пришлось поведать весьма подробно, после чего закономерно последовали обвинения в тугодумном кретинизме, замешанном на слабоумии, вследствие чего Бор был вынужден пообещать сделать всё, чтобы как можно быстрее решить возникшую проблему. В памяти нет-нет, да и всплывали чарующие миндалевидные глаза аграфки, её чувственные губы и плавные изгибы тела, так часто виденные им прежде.
Раз за разом Винд задавал себе вопрос: «Можно ли считать его вообще человеком, после всего, что с ним произошло?» Внешне — вполне, хотя с генетической точки зрения он представляет собой совсем иной вид, да и с точки зрения разума произошли серьёзные преобразования. Если так разобраться, то ведь получается, что Агата права — он изменился, возможно, действительно стал более холоден и отстранён. Скорее всего, произошла какая-то профессиональная деформация после того, как он, пусть и на короткий промежуток времени, но превратился практически в полноценного демиурга, своей волей управляющего целой галактикой. И судя по всему, это чувствовали все окружающие, не зря даже брат начал слегка сторониться его, и тут надо было что-то делать. Как хорошо было раньше, когда он был простым человеком и знать не знал ни о каких диэтархах, вселенских проблемах и тому подобной мерзости. Летал себе от планеты к планете, посещал разные места, искал разгадки древних тайн. И к чему это в конечном итоге привело? Нет, конечно, всё было не зря, без знаний, которые он смог добыть, ему никогда не удалось бы защитить Землю от ануаков, а это уже немало, если учитывать, что в том бою ему удалось всё-таки выжить. Он смог выбраться с Марса, создать себе новое тело, попытался ещё раз спасти планету, но уже от своих же собратьев, и вот теперь судьба закинула их так далеко, причём в неудачный момент, и столкнула с врагом, который оказался им всем не по зубам. Да что тут говорить, вряд ли в ближайшее время всем местным государствам, даже скопом, удастся справиться с таким серьезным противником, во всяком случае, встревать в этот междусобойчик, возможно, спровоцированный самими представителями Селуранской империи, очень не хотелось, хорошо хоть вырваться из-под раздачи пряников удалось. Но что делать дальше? Пополнить ряды беженцев, спешащих куда-то? Похоже, ничего иного действительно не остаётся. Галактика велика, в ней однозначно есть масса отдаленных глухих мест, до которых ещё никто не добрался, и, вероятно, стоит попробовать укрыться там. Автономность у рейдера можно считать безграничной, найдут какой-нибудь райскую планетку и будут находиться поблизости столько, сколько потребуется. Рано или поздно любая война заканчивается, и наступает мир, возможно, они смогут впоследствии как-нибудь договориться с выигравшей стороной, по крайней мере, этот план логичен и вполне осуществим. К тому же появится свободное время для исследования, надо попытаться все-таки разобраться с ПТК и выяснить, как пользоваться этим проклятым, скрытым в каком-то другом измерении браслетом.
Из размышлений Винда вырвал голос искина:
— Командир, через пятнадцать минут выход в точке назначения.
— Добро, понял тебя, значит, буду собираться, — отозвался землянин и, откинув простыню, под которой лежал нагишом, принялся облачаться во всё тот же скафандр, который так настоятельно просила не использовать Агата.
Телепортировавшись в рубку и заняв своё законное место, Винд бросил короткий взгляд на девушку, сидящую к нему спиной, и едва удержался от того, чтобы не расплыться в блаженной улыбке, сердце затопило какой-то радостной теплотой и нежностью. Однако таймер, отсчитывающий мгновения перелёта, был неумолим, и ровно в назначенное время рейдер проявился в обычном пространстве, чтобы уже через минуту получить сигнал от диспетчера.
— Неизвестный корабль, прошу обозначить себя и сообщить цель визита в звёздную систему.
На этот раз на экране возникло изображение девушки, и землянин представился:
— Командир рейдера «Арес» Российской Федерации Бор Винд, следуем транзитом, мы совсем недавно уже гостили у вас.
— Ожидайте, — коротко кинула девушка и разорвала связь.
