Велес полностью

Восемь израненных, усталых, но не сломленных юнцов. Погодки, но каким же он себя на их фоне чувствовал стариком. Глупо получилось, все более старшие воины уже погибли. Эти восемь, шестеро из его десятка и двое приблудных из крайнего поколения. Как только уцелели. «Уцелели» — мысль заставила губы Августа исказиться в горькой усмешке. Ненадолго, это. Вот сейчас снова в атаку пойдут, организованную, и все. «Сколько мы продержимся? Минуту? А может две, или даже целых три? Хорошая, конечно, смерть. Достойная. Только почему-то жить хочется» — «А еще больше, чтоб пацаны вот эти жили», — закончил за Августа внутренний монолог Тсугва. Тот задумался, и понял — да, этого хочется больше всего.

Его блуждающий настороженный взгляд остановился на черном теле гоаулда, притаившемся под трупом у развороченного входа. Август не знал имени последнего выжившего симбионта. Да и имени его погибшего носителя не знал. Точнее, не успел узнать. «Почему они, оставшись без тела носителя, не сбежали?» — вдруг задался вопросом Август. Небольшому темному змею не составит труда выжить в обесточенном корабле. Даже тут, в реакторном отсеке полно мест, где можно спрятаться. Зачем им драться и умирать, ведь они могут прожить тысячи лет, даже десятки тысяч? Почему они остались и своими атаками из тьмы, ценой жизни, раз за разом лишали врага эффекта внезапности?

—Мы не уйдем, даже не пытайся, ты нас только обидишь, — даже мысленный голос Тсугвы отдавал металлом. Он остановил Августа, уже собравшегося предложить симбионтам покинуть их и спасаться.

—Почему? Мы все равно обречены. Так хотя бы вы выживете. Это же логично, — начал человек мысленный диалог с гоаулдом.

—Логика, о да, мы в ней сильны, и вообще, жутко рациональны, а еще эмоциональны и совершенно не логичны, — неожиданно развеселился Тсугва.

—Э… — только и смог выдать на подобное Август.

—Бее, — передразнил его Тсугва и, чтоб сомнений не возникло, прислал мыслеобраз барана.

—Сам ты… червяк, — буркнул Август, но беззлобно, всего лишь маскируя жгучий стыд. Правда, какой-то не оформившийся, но очень явный.

—Ладно, попробую объяснить, — заговорил Тсугва. —Хотя… А чего мне мучится? — усмехнулся он. —Ответь себе, почему ты не оставишь молодняк умирать и не попробуешь сбежать? Хатак большой, найдешь, где пересидеть. Без вытащенных мной кристаллов реактор сразу не запустить, да и я в системе оставил кое-какие сюрпризы. Так что придется…

— Я не шолва и никогда им не буду! — взорвался возмущением Август, как только справился с шоком от того, что Тсугва вообще мог заговорить о подобном.

—Тогда с чего ты собрался подобное предложить нам? — спросил гоаулд человека. —Нас так воспитали. И это хорошо, — добавил он, приправив все образом сытого змея, засевшего в теплом и склизком болотистом иле.

Август не успел ответить. Да и нечего ему по сути было говорить, но в коридоре раздался шорох, и он с остальными приготовились дать последний бой. Вот только это не было нападением.

— Джафа, вы храбро сражались, но ваш флот разбит, бог бежал, а вы обречены. Сдавайтесь и великий Марс примет вашу клятву верности! — выкрикнул воин, укрывшийся за остатками щита с торчащими из него покореженными посохами.

— Ого, да мы флагман обесточили, — расплылся в довольной улыбке Картер, молодой боец из десятка Августа.

— Ага.

— Точно.

— Круто.

— Герои… — поддержали его остальные джафа Велеса.

— Совсем плохи дела у демона, раз решил с нами в переговоры устроить, — рассудительно протянул светловолосый здоровяк из приблудных.

— Похоже на то. Как бы нам теперь подмоги дождаться, — пробормотал Август. Впрочем, его все услышали, и удивительно синхронно повторили предложение Тсугва тянуть время.

— Кто ты, чтоб говорить от имени бога?! — крикнул Август, и с неудовольствием подумал о том, что сил у него даже на ор не осталось.

— Первый воин! — крикнул парламентер.

— Имя-то у тебя есть, собрат джафа?! — спросил Август, мысленно отсчитав десять секунд.

— Максимилиан! — прилетел ответ. Тоже, надо сказать, не сразу.

«Это может означать посланник божий», — подсказал Тсугва и сбросил мыслеобраз с наброском плана для растягивания диалога.

— Ого! — восхитился Август. — Посланник божий значит?! — добавил он выдержав паузу.

— Да! — ответил Максимилиан.

«Похоже, он там тоже считает», — заметил Тсугва. «Да какая разница, мы все равно ничего сделать не можем», — «Тоже верно».

— Тебе идет! — Крикнул Август. — И имя, и должность сразу!