Но тёплая ладошка Сакуры-сан, лёгшая на его плечо в жесте утешения, мгновенно вернула ему прекрасное расположение духа.
В жизни Наруто отчаяние и страх были частыми спутниками, но никогда раньше он не испытывал такого чувства безнадёжности, такой паники и беспросветного ужаса. Ни во время стычки с предателем Мизуки, ни во время миссии в Стране Волн, когда его команде противостоял ужасающий Мечник Тумана, ни уж тем более в Скрытом Водопаде, где он с друзьями здорово навалял возомнившим о себе придурком.
Происходящее для Наруто было чем-то типа вязкого липкого и не отпускающего из своих объятий ночного кошмара — чунинский экзамен, к его искреннему ужасу, оказался именно экзаменом! На котором не нужно бить никому морду, не требуется противостоять врагам легендарной силы, да и протыкание листа с вопросами кунаем не поможет выйти из затруднения.
Наруто запаниковал, его паника накатывала волнами, погружая всё глубже и глубже туда, откуда нет возврата. Самое обидное было в том, что Сакура-чан, как и положено лучшей куноичи, методично покрывала лист ответ за ответом, сидящая рядом с ним Хината-чан что-то неторопливо писала, да и кончик ручки засранца Саске тоже шевелился! Он, Наруто Узумаки, подведёт товарищей! Он окажется слабым звеном, причиной, по которой Команду 7 вышвырнут с экзаменов! И пусть нигде не сказано о том, что на пути к шляпе Хокаге нужно стать чунином, сама мысль, что Сакура-чан глянет на него разочарованно, что придётся рассказывать о провале Хаку и Хисаме-чан, заставила Узумаки лихорадочно искать выход. Жаль, что на этих экзаменах нельзя списывать!
— Хочешь списать у меня, Наруто-кун? — сквозь бездну отчаяния словно из глубокого колодца донёсся голос Хинаты.
Наруто хотел было радостно ухватиться за предоставленную возможность, но мысль, что вместе с ним с экзаменов могут вышвырнуть такую добрую и хорошую Хинату-чан, была невыносимой.
— С-спасибо, н-но нет! — стуча зубами, ответил Узумаки. Ему нужен был любой способ умудриться списать самому. К сожалению, в этом не могли помочь ни обширный опыт проделок, ни умение покрасить Монумент Хокаге, ни Великое Тайдзюцу, ни техника Теневого Клони…
Глаза Наруто загорелись огнём, и он быстро, пока глаза страшного проктора остановились на каком-то пытающемся списать неудачнике, задрал оранжевый рукав и начал переписывать текст с экзаменационного листа на внутреннюю поверхность своего предплечья, пропуская вопросы с ужасающими схемами и зубодробительными формулами, те, которые он не мог бы повторить даже под угрозой неминуемой кары.
— Пятьдесят третий, чего ты хотел? — раздался недовольный голос проктора.
— Мне срочно нужно в туалет! — ответил Узумаки. И словно в подтверждение его слов, желудок издал громкий неприличный звук.
Проктор недовольно нахмурился, но всё же подал знак одному из чунинов, странному шиноби с полностью забинтованной головой, сопроводить Наруто.
Облегчившись, Наруто вновь вернулся на своё место, но настроение было далёким от радужного. Чунины, метающие кунаи в уличённых в списывании, а затем выводящие их из аудитории, совершенно не помогали успокоиться. От взглядов проктора спину покрывал холодный пот, а покидающие экзамен команды служили ужасающим предзнаменованием.
Наруто в панике уткнулся лицом в парту, вдыхая запах типографской краски с этого злополучного листка и ждал, надеясь на чудо, на хоть что-то, способное позволить ему выкрутиться из этого затруднения. Он так сосредоточился на своих переживаниях, что едва не упустил момент, когда голову посетили несвойственные мысли.
Наруто схватил ручку и быстро, пока мозги вновь не разъехались в стороны, начал заполнять поля теста там, где были возможны простые и однозначные ответы. «Вопрос четыре — три, вопрос шесть — восемь, вопрос девять — А! Вопрос четыре — три, вопрос шесть — восемь, вопрос девять — А! Вопрос четыре — три, вопрос шесть — восемь, вопрос девять — А!»
К сожалению, дзюцу Каге Буншин было очень ущербным. Созданный Наруто клон, оставленный в туалетной кабинке под видом лишнего рулона туалетной бумаги, нашедший Ируку-сенсея и показавший ему вопросы, написанные на предплечье, оказался очень тупым! Ирука-сенсей помог с ответами, он даже что-то начал занудно рассказывать о необходимости усердной учёбы. Но клон, вместо того, чтобы всё-всё запомнить, смог только зазубрить до состояния скороговорки три ответа попроще, а после чего развеялся. И, несмотря на то, что у Наруто теперь было ровно на три ответа больше, чем мог изначально представить, он окончательно понял: теневые клоны — никудышное дзюцу!
