Он отомстил сполна. Вокруг вражеских костров рассказы о Пурпурно-Зеленом с Кривой горы давно уже стали ужасной легендой.
К ним подошли Влок и Альсебра и устроились рядом. Влок принес с собой бочонок пива. Пурпурно-Зеленый сделал большой глоток, проглотив около двух галлонов за раз. Влок был взволнован.
– Клянусь Дыханием, мальчик Свейн сказал мне, сколько у нас золота. Дракон даже не может представить себе такие числа. Слишком большие числа. От них у драконов болит голова.
Базил подмигнул Пурпурно-Зеленому, который на этот раз попридержал свою язвительность.
Всех драконов и драконопасов Стодевятого, которые сражались в Эйго, наградил король Ог Богона. Несмотря на чуму, их капиталовложения изрядно выросли, так что теперь все они были прекрасно подготовлены к жизни в отставке.
– Этот дракон должен сказать тебе спасибо, Базил, – сказал Влок.
Базил заметил, что Влок уже несколько нетрезв.
– Спасибо королю Хулапуту. Это он дал золото на всех драконов этого эскадрона, чтобы после отставки они могли купить лошадей.
– А можем мы купить землю рядом с вами?
– Конечно, Влок. Я надеюсь, вы так и сделаете. Мальчику Релкину будет не хватать мальчика Свейна.
Базил и Альсебра обменялись короткими взглядами.
– Подумать только, мы будем жить по соседству с Влоком… – сказала с удивлением Альсебра.
Пурпурно-Зеленый хотел сказать какую-то колкость, но Базил шикнул на него и вмешался:
– Этому дракону нравится такая идея. Деревня старых друзей.
Альсебра тихонько щелкнула челюстями.
– Джак хочет жить в своей родной деревне. Этот дракон не уверен, что мальчик Джак захочет поехать в Кенор.
– Кенор очень далеко, но земля там дешевле, чем в Голубом Камне или в Сеанте.
Альсебра согласилась. Но она не смогла отговорить мальчика, который тщательно продумал свою будущую мирную жизнь.
– Очень скоро и Чектор выйдет в отставку, – сказал Влок, завидев, что к ним приближается огромный медношкурый. – Что ты будешь делать после службы, Чек?
Чектор был большим, крепко сложенным медношкурым, который служил в Стодевятом с самого начала, участвовал в сражениях по всему миру и выжил. Он и Базил были единственными выжившими из первоначального состава эскадрона.
– Этому дракону нравится идея жить рядом со старыми друзьями. Мальчик Моно хочет поступить так же.
– А как думает мальчик Свейн? – спросил Пурпурно-Зеленый Влока.
– Мальчик хочет жить в Лукуле. Там, где мы выросли.
– Лукул густо заселен. Земля там очень дорогая.
– Это важный аргумент. Этот дракон поднимет этот вопрос.
Они пустили бочонок по кругу и осушили его. Чек отставил бочонок в сторону.
– У этого дракона есть один вопрос, – прогрохотал Пурпурно-Зеленый.
– Ну?
– Почему мальчику Релкину, чтобы оплодотворять яйца, потребовалась свадьба? Это что, из-за магии?
Пурпурно-Зеленый все еще пытался понять, где кончается магия и начинается цивилизация. Для него даже простая бухгалтерия была магией. И огромная сеть социального управления, которая делала Марнери единым целым, тоже была для него своеобразной магией.
Но над заданным вопросом Базил и сам размышлял уже несколько недель. Он со стороны наблюдал, сколько треволнений стоили Релкину приготовления, и понял только, что свадьба – очень дорогое и сложное мероприятие.
– Нет, – веско сказал он. – Эта церемония им нужна потому, что после этого они будут жить вместе. Сами знаете, драконы спариваются и расстаются. Драконихи не хотят видеть нас поблизости, когда выращивают своих детенышей.
Все задумчиво закивали головами. Крылатые драконихи редко подпускали кого к себе, когда у них были детеныши. То же было справедливо и для вивернов.
– Люди живут вместе. Им нужна эта грандиозная церемония. Этот дракон думает, что это делает их будущую жизнь особой. Они устраивают большую шумиху, а потом помнят про нее, и это помогает им, когда у них возникают разногласия.
– А! – отозвались сразу несколько слушателей.
– Это многое объясняет этому дракону, – сказал Пурпурно-Зеленый.
Люди явно были сумасшедшими.
Тем временем Релкин никак не мог избавиться от внимания драконопасов Стодевятого. Ему пришлось выпить с ними пива, а потом спеть несколько куплетов кенорской песни, стоя на перевернутом бочонке, и только после этого ему позволили уйти.
– До свидания, куошит, – сказал Свейн, хлопнув его по спине.
– Во имя Руки, Свейн, позаботься о себе. Я не представляю, как ты сможешь жить без моих забот.
– Вы только послушайте этого куошита! – воскликнул Свейн.
– До свидания, Релкин, – сказал Джак, сопровождая слова долгим рукопожатием.
– До свидания, Джак. Так ты уверен, что не хочешь приобрести землю в Кеноре?
– Ну, я думаю, сначала лучше вернуться в родную деревню. Попробую там. А потом, если ничего из этой затеи не выйдет, приедем к вам в Кенор.
– Только не тяни слишком долго, а то можешь упустить лучшую землю. Это ко всем относится, – повернулся Релкин к друзьям.
Двенадцать пар глаз уставились на него.
– Это ты о чем? – проревел Ракама.
– Приезжайте и устраивайтесь в долине Кенора. Земли там хорошие, и там собираются построить Имперский канал в обход порогов на Буре.
