– Или вы бесстыдно напрашиваетесь на похвалу, или не понимаете, как на вас реагируют женщины, – она протянула украшенную кольцами руку и коснулась его щеки. – Вы сейчас гораздо старше, чем, когда я впервые взяла вас на службу. Тогда вы были еще мальчиком; время добавило вам опыта, а не морщин. Изабель де Клер не будет жаловаться на этот брак.
– Молюсь, чтобы это было так.
Он опасался, что Изабель будет смотреть на него как на заместителя отца. И еще он боялся, что, несмотря на все свои земли и красоту, она окажется пустоголовой и смешливой. Если ему предстоит управлять огромными поместьями в Стригиле, ему нужна будет гармония в семье и крепкая, как скала, поддержка. Он знал, что стремится к тому, чего редко удается достичь, и от этого чувствовал решимость и нетерпение.
– Надеюсь, что голос у вас не пропал? – спросила Алиенора.
Он удивленно посмотрел на нее.
– Не знаю, госпожа. Я так давно ничего не пел! Не о чем было петь, да и я был слишком занят.
– Если вы собираетесь жениться, то я советую вам снова найти голос, – губы Алиеноры дрогнули. – Ни один из моих мужей не умел петь. Кто знает, как бы все сложилось, если бы хоть один из них удосужился этому научиться? – она вздохнула и посмотрела на свои руки. – Вам может показаться это странным, но даже после всего случившегося я оплакиваю Генриха. Какое-то время у нас были прекрасные отношения. Даже вся горечь, которая пришла позднее, не способна стереть те воспоминания. И он дал мне детей, – на губах появилась невеселая улыбка. – Он говорил, что все они мои, за исключением Иоанна, но Генрих ошибался. Даже Иоанн принадлежит мне. – Алиенора обвела взглядом комнату, украшенную яркими портьерами, Драпировкой, знаменами и крашеными сундуками. На одном из них лежала стопка книг, верхняя была открыта на странице с изображением мужчины и женщины, играющих в шахматы в саду. – Когда он лишил меня свободы, я поклялась, что переживу его. Я на коленях просила Бога дать мне силы выдержать жизнь в клетке. Генрих не доверял мне. За мной постоянно следили, каждую минуту – если не стражники, то его шпионы. – Она вздохнула и устало махнула рукой. – Пусть Господь упокоит его душу и пошлет мне мир в душе. Вильгельм, если вы собираетесь любить свою жену и хотите, чтобы она любила вас, то послушайтесь совета той. которая жила и с любовью, и без нее и которая знает и ее цену, и ее ценность.
– Госпожа?
– Изабель де Клер – наследница. Помните, что земли, которыми вы управляете, – это ее земли, и ей может захотеться участвовать в управлении ими. Берите ее с собой, когда только сможете. Используйте ее в роли своего помощника, когда не сможете взять с собой. Никогда не давайте ей повода негодовать или обижаться на вас, потому что она будет воспитывать ваших сыновей и дочерей.
Вильгельм покраснел при упоминании сыновей и дочерей.
– Я сделаю все, что смогу, – ответил он.
– Вы можете считать меня вмешивающейся не в свое дело старухой, но я всегда близко к сердцу принимала ваши интересы – с тех пор как приняла вас на службу. – Она велела служанке принести эмалированную шкатулку и, забрав ее у девушки, вручила Вильгельму. – Это мой подарок вашей невесте на свадьбу.
Вильгельм поблагодарил королеву. Шкатулка оказалась тяжелой, но ему показалось невежливым спрашивать, что в ней. Алиенора улыбнулась ему.
– Откройте ее, – сказала она. – В ней лежат вещицы, от которых женщины получают удовольствие, а мужчинам не всегда приходит в голову дарить их.
Вильгельм приподнял крышку и посмотрел на великолепную золотую брошь для плаща, украшенную голубыми сапфирами. Здесь была и брошь поменьше для украшения платья, и повязка из золотой парчи, украшенная перидотами и жемчугом.
– Это королевский подарок, – сказал он с улыбкой.
Алиенора ответила на шутку улыбкой.
– Поверьте мне: ваша невеста тоже так подумает, а если вы к нему добавите что-то от себя, тем лучше. Немного щедрости окупится, при условии что вы не станете заменять драгоценными камнями любовь.
Вильгельм старался не улыбнуться. В большинстве благородных домов есть по крайней мере одна пожилая родственница, которая проводит время у очага, следит за молодыми женщинами в семье и раздает всем советы. Алиенора внезапно напомнила ему таких женщин, но он знал, что говорить об этом вслух не следовало.
– Я постараюсь, чтобы у моей жены было довольно и того, и другого, – сказал он вежливо и встретил пронзительный взгляд Алиеноры.
– Постарайтесь, – сказала она. – От меня вы уже получили свадебный подарок. – Вы граф во всем, просто не называетесь им. В ответ я прошу только, чтобы вы показали себя достойным моего доверия.
– Я не подведу вас, госпожа, – ответил он и хотел было встать на колени, но, пока он сидел, нога так затекла и разболелась, что двигать ею оказалось практически невозможно.
Алиенора остановила его попытки, подняв руку.
