Чем подданные могут заслужить милость короля в неспокойное для страны время?Конец XII века. В Англии правит Генрих II Плантагенет. Его сыновья Ричард и Иоанн при поддержке матери Алиеноры Аквитанской замышляют против отца бунт.Ида де Тосни, которую вынудили стать любовницей Генриха в 15 лет, рожает королю ребенка.Роджер Биго, старший сын недавно умершего герцога Норфолка, прибывает ко двору короля, чтобы отстоять свое наследство.Звезды свели Роджера и Иду не в лучшее для них время, но по воле судьбы они полюбили друг друга.Что может помочь влюбленным, когда им кажется, что весь мир ополчился против них?Впервые на русском языке!
© Ю. Каташинская, карта, 2014
© А. Киланова, перевод, 2014
© ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2014 Издательство АЗБУКА
©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
Роджер Биго проснулся и резко сел, глотая воздух. Его сердце учащенно билось, и, хотя сквозь раздвинутый полог виднелась спальня с пятнами утреннего солнца, перед его внутренним взором горели яркие образы битвы. Роджер слышал скрежет клинка о клинок и глухой стук булавы о щит. Чувствовал, как меч впивается в плоть, и видел, как кровь хлещет алыми струями, блестящими, словно шелковые ленты.
– О боже!.. – Роджер содрогнулся и опустил голову, его волосы упали на лоб потными прядями цвета отмытого морскими приливами песка.
Через мгновение он собрался с духом, сбросил правой рукой одеяло и подошел к окну. Сжимая в кулак перевязанную левую кисть, он приветствовал жгучую боль, подобно кающемуся грешнику, находящему утешение в бичевании. Рана была неопасна, но у основания трех пальцев навсегда останется шрам. Нанесший ее вражеский солдат был мертв, но это не радовало Роджера. Убивай – или будешь убитым. Слишком много его людей пало вчера. Отец назвал его бесполезным, но он так говорил слишком часто, чтобы Роджер чувствовал нечто большее, нежели легкую обиду. На самом деле его огорчала бессмысленная смерть добрых солдат. Неприятель был слишком многочислен, а ресурсы Роджера – недостаточными для поставленной задачи. Он посмотрел на стиснутый кулак. Прольется море крови, прежде чем его отец умерит амбиции.
Судя по яркому свету Роджер пропустил мессу. Мачеха охотно выбранит его за опоздание и заметит отцу что его наследнику когда придет время, нельзя будет доверить даже навозную кучу, не говоря уже о графстве Норфолк. А затем со значением посмотрит на собственного старшего сына, несносного Гуона, как будто тот – ответ на всеобщие молитвы, а не вздорный и невоспитанный подросток.
Двор замка Фрамлингем был заполонен шатрами и навесами. Их поставили наемники Роберта Бомона, графа Лестера, – разношерстный сброд, который он набрал в полях и городах, канавах, ткацких цехах и доках по пути из Фландрии в Англию. Судя по толпам во внутреннем и внешнем дворах, мало кто отправился на мессу. «Саранча», – с отвращением подумал Роджер. Присоединившись к мятежу против короля Генриха, дав пристанище и оказав поддержку графу Лестеру, его отец призвал на головы своих близких все казни египетские. План заключался в том, чтобы свергнуть короля и возвести на трон его восемнадцатилетнего сына Генриха – самовлюбленного мальчишку, которым легко смогут вертеть люди, искушенные в манипуляциях и интригах. Отец Роджера не питал любви к королю, сурово пресекшему его поползновения править всей Восточной Англией. Генрих конфисковал его замок в Уолтоне и построил мощную королевскую крепость в Орфорде, чтобы ослабить хватку Норфолков на этой части побережья. Вдобавок на строительство Орфорда пошли штрафы за участие в мятеже.
Отвернувшись от окна, Роджер одной рукой умылся из кувшина, стоявшего у кровати. Поскольку большой палец и кончики остальных пальцев перевязанной руки оставались свободными, он сумел одеться без помощи слуги. Еще в раннем детстве, ощущая острую потребность в независимости, он научился завязывать свои брэ[1] и отказался от посторонней помощи в подобных обстоятельствах.
