Он спешился на каменной площадке, пошел вдоль крутой стены холма, огляделся по сторонам. Никого. Внимательно осмотрел дикие камни, надавил на один, на второй, стиснул в кулаке амулет с изображением Пса.
Каменный блок медленно повернулся вкруг оси, открыв проход, достаточный для всадника. Денна взял коня под уздцы и исчез в темноте. Блок так же бесшумно встал на место.
Ему никто не встретился. Было время предрассветной медитации. Денна привязал коня у дома, где провел столько времени, привыкая к чужой боли и крови, и пошел к темному старому храму. В окнах посверкивали красные огни свечей, уже здесь чувствовался тяжелый аромат благовоний.
Опять никого. Хоть служки-то быть должны.
Он мягко, тихо дошел до главного алтаря, над которым горел лик Солнца. Сквозь дым курений собственное отражение в бронзовом диске казалось чужим. Разве что по стеганому кафтану красного шелка да косицам на висках можно было понять, что вот этот расплывчатый, мрачный образ и есть тан хэтан-ару…
— Не похож на себя? — послышался сзади мягкий голос. Денна едва успел взять себя в руки, чтобы не вздрогнуть и не обернуться сразу. Какой-то темный силуэт отразился в солнечном диске рядом с ним. Денна медленно чуть-чуть повернул голову.
— Как ты узнал?
— Я — Саурианна, я все знаю. Мне жаль тебя. Ты так долго страдал — а ведь можно было все сделать куда быстрее и раньше. Но хорошо, что ты пришел сейчас.
— Ты знаешь, зачем я пришел?
— Да. И я готов дать тебе ключ от Силы. Вечный источник.
— Что ты за это возьмешь? — сузил глаза Денна.
— А чего тебе не жаль было бы за это отдать? — Прекрасная улыбка расцвела на губах Саурианны. — Подумай, ради чего ты берешь Силу и что обретаешь. Затем назови цену.
Денна молчал. В голове теснились мысли, не давая сосредоточиться.
Могучая Ханатта, единая, прекрасная, справедливая страна… Дом для ханнатаннайн и морэдайн… Счастливая сестра, счастливый народ. И все любят его. Что за это отдать?
Он не заметил, что бормочет вслух.
— Великая Ханатта, — негромко повторил Саурианна. — Ни варвара, ни ханнаттанны?.. Справедливая и счастливая для всех страна?
— Да, — прошептал Денна, чувствуя, как слезы подкатывают к горлу.
Рука Посланника ласково легла на плечо.
— И ты — ее защитник и спаситель. И все любят тебя. Родители протягивают тебе детей, чтобы ты их благословил…
Денна молча кивает головой, глотая слезы.
— Самое драгоценное, что у тебя есть, — ты сам.
— Я должен умереть?
— Нет. Отдай себя. Сделай то, чего не осмелился сделать твой великий дядя, и ты превзойдешь его.
Денна кивает.
— Тогда протяни руки — мы заключим Завет, как твой дядя со священным воином. Повторяй за мной. Ныне беру Силу и отдаю себя служению владыке мира сего, — заговорил Посланник, и Денна повторил.
Ничего.
Посланник словно бы вздохнул облегченно, затем раскрыл ладонь.
— Держи. Это твое.
— Что это?
— Сила. Вечная и неиссякаемая Сила. Благо Ханатты.
Денна кивнул головой и надел кольцо. Повернулся и пошел прочь.
— Ты ничего не хочешь сказать? Спросить?
Принц остановился и медленно повернулся к Посланнику.
— Я знаю, что я теперь себе не принадлежу. Об этом мне долго говорил отец Мааран. Еще я знаю, как обращаться с Силой, — говорил он очень спокойно и тихо, как будто ему трудно было бы иначе справиться с голосом. — Если я чего не знаю, то узнаю. Разве не так?
Майя покачал головой, улыбаясь.
— А ты знаешь, что тебе делать с этой Силой? Что ты собираешься сделать?
Принц горделиво поднял голову и чуть надменно глянул на майя.
— Если бы я не знал, я не взял бы Силу.
Майя рассмеялся.
— Пожалуй. Но ты всего лишь человек, а я — из народа богов. Я и вижу, и знаю больше тебя, и куда больше пекусь об избранном Солнцем народе. Не будь столь надменен, Денна.
Денна, устыдившись, отвел взгляд.
— Прости, — негромко сказал он. — Я был непочтителен. — Он поклонился, сложив руки.
— Это не беда. — Грусть зазвучала в голосе Посланника Солнца. — Беда в другом. Тебе придется выбирать между Ханаттой и отцом.
Денна молчал. Он понимал правду слов Посланника. Это терзало его уже много ночей, много дней, это был шепот в голове, который возникал каждую минуту, когда удавалось отрешиться от забот, и он старался все время что-то делать, думать о чем-то другом. Но шепот проникал в сны, и он просыпался среди ночи в липком холодном поту, а ночные тени клубились по углам и нашептывали…
— Да, мой отец слаб. Но он — государь, государь законный, и мои братья наследуют ему.
— Они не сумеют отстоять Ханатту. Ты — сможешь. Тебе нужна свобода и власть.
Голос Посланника звучал холодно и жестко.
— Ты должен властвовать. Иначе дело твоего дяди погибнет. Ему не хватило отваги испытать себя Силой. Ты — сумел. Тебе продолжать, больше некому. Ты понимаешь, что ты — единственная надежда Ханатты?
Денна молчал. Долго молчал. Но майя не нужно было слышать его слова. Теперь он мог слышать его мысли.
— Хорошо. Тебе решать, — сказал он наконец. — Ступай и верши.
Он исчез, как исчезает тень.
Денна еще немного постоял.
— Нет, — мотнул он головой. — Не могу.