Именно его Байтурсунов называл идеальным. Старое арабское письмо, хотя было и получше латиницы, тоже не совсем подходило для адекватной передачи тюркской речи. Казахский ученый придумал специальные знаки, наподобие скрипичного или басового ключа в нотной записи, что экономило число новых букв и более точно передавало звуки тюркского языка.
Профессор Е.Д.Поливанов признал этот проект «гениальным»…
Сталинский режим к 1937 году уничтожил, за исключением двух-трех «тайных русификаторов» всех делегатов съезда – как сторонников перехода с арабицы на латиницу, так и противников.
Без разбора.
Наслушались там вольнодумных речей, а вдруг семена эти взойдут потом плодами стихийного сопротивления. Инакомыслие нужно душить в зародыше!
Чуть позже, в 1939-м тупо, как и предвидел Шараф, «посадили» всех Тюрков на русский алфавит. Хотя на первом Тюркологическом съезде, в том, роковом для арабской графики 1926 году, пели совсем другие песни.
Профессор Павлович:
«Когда мы, немногие присутствующие на этом съезде русские ученые, коммунисты и беспартийные русские профессора, голосуем здесь вместе с вами за латинский алфавит, мы это делаем потому, что мы злейшие враги руссификаторства».
Тот же профессор Яковлев:
«Мы вопрос о русском алфавите отбросили по той причине, что он неудобен и не приемлем для национального чувства этих народов, среди которых он в свое время насильно проводился».
Дальше стало еще хуже – исторической наукой стали управлять напрямую с помощью партийных указаний и директив.
Поворотный пункт – постановление ЦК ВКП(б) от 9 августа 1944 года "О состоянии и мерах улучшения массово-политической и идеологической работы в Татарской партийной организации".
Истинная суть его изложена в седьмом пункте:
«Предложить Татарскому обкому ВКП(б) организовать научную разработку истории Татарии, устранить допущенные отдельными историками и литераторами серьезные недостатки и ошибки националистического характера в освещении истории Татарии (приукрашивание Золотой Орды, популяризации ханско-феодального эпоса об Идегее)».
А началось все с элементарного доноса. 14 июля 1944 года республиканская газета «Красная Татария» выпустила «крамольный» номер. В «шапке» первой полосы сообщалось: «Этот номер мы посвящаем нашим доблестным союзникам – Великобритании и Соединенным Штатам Америки».
Как раз был открыт Второй фронт, и тема была, что называется «горячей». Но в ЦК ВКП (б), получив от «бдительных читателей» газету, посчитали этот выпуск «серьезной ошибкой»:
«Во всех материалах газеты смазывается роль Советского Союза в деле создания и укрепления антигитлеровской коалиции, принижается значение борьбы советского народа и Красной Армии против гитлеровской Германии».
Стали шерстить всю периодику Татарии, республика была подвергнута тотальной проверке. К делу подключилась «тяжелая артиллерия» – главный идеолог тех лет, начальник Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП (б), «красный профессор» Гоша Александров.
Нарытый компромат показался настолько серьезным, что был доведен до влиятельного сына коллежского регистратора, сумевшего при Советах стать «заместителем Сталина по партии» и председателем Совмина СССР. Речь о Маленкове.
В журнале «Эхо веков» полностью опубликован этот документ под заголовком «Из докладной записки зам. начальника Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП (б) М. Иовчука и зав. отделом Управления И. Цветкова секретарю ЦК ВКП (б) Г.М.Маленкову «О состоянии агитационно-пропагандистской работы в Татарской партийной организации».
Приведем из него отрывок:
«Ряд историков и литераторов Татарии оценивают эпос как высшее достижение татарской культуры и ставят Идегея в один ряд с Давидом Сасунским, «Витязем в тигровой шкуре» и др. Н. Исанбет в статье «500-летие дастана «Идегей»«, опубликованной в 1941 г. в журнале «Совет эдэбиаты» № 11–12, возвеличивая Идегея как «героя освободительной борьбы», приходит к выводу, что Идегей своей борьбой против хана Тахтамыша подготовил образование и выделение из Золотой Орды самостоятельных государств и в том числе Московского.
Культ Идегея проникает в татарскую драматургию и татарскую поэзию. Тот же Исанбет написал по существу националистическую пьесу «Идегей», где главный герой Идегей выведен любимцем и вождем народа. Поэт Шериф Мударрис призывает воинов-татар брать за образец Идегея. Свои стихи о красноармейце Галимове он заканчивает словами: «Ты подобен святому Идегею – герою, Потому что твоя мать, родная мать – Татарский народ».
Возводя Идегея в сан народного героя, Исанбет пытается представить Золотую Орду как передовое государство своего времени, где большинство народа придерживалось передовых освободительных идей.
В «Очерках по истории Октябрьской социалистической революции в Татарии» А. Тарасов проводит мысль о том, что включение Казанского ханства в XVI в. в состав Русского государства ничего, кроме колониального гнета, народам Поволжья не принесло.
(Исанбет Наки Сиразеевич (1899–1991) – видный деятель татарской литературы и искусства, поэт, драматург, фольклорист.)»
