Бал? Невозможно. Ей не нужен бал. Она не хочет. Там же надо танцевать? Она не знает здешних танцев. И ей нечего надеть. В Сонином воображении возникли стройные красавицы в пышных кринолинах. Она не пойдет на бал. Нужно быстрее выдумать причину, чтобы откреститься от этого мероприятия. Она там просто опозорится.
Соня решила сейчас же всё высказать Эрвину, но события вокруг них закрутились с бешеной скоростью.
Через полчаса все наездники уже стояли в огромном открытом атриуме — в «королевском стойле», как окрестила его про себя Соня. Здесь в просторных денниках разместили драконов. Всю компанию гонщиков повели в близлежащий дворец, который сверкал великолепием цветочных гирлянд, разноцветных фонарей и вьющихся красно-зеленых растений.
Через ряд коридоров и лестниц Соню и Эрвина привели в апартаменты для победителя, состоящие из двух больших комнат и огромной ванны. Гостиная уставлена цветами, корзинами с фруктами, разноцветными коробками и коробочками, на большом столе высилась пирамида из съестного: бутербродов, сыра, изысканных лакомств.
На самом видном месте на подставке красовалось бальное платье цвета фуксии, декорированное вышивкой и расшитое сверкающими рубинами, рукава и лиф — из плотного ажурного кружева, как и низ подола, украшенный таким же кружевом. У низа платья в ряд выстроились несколько пар со вкусом подобранных туфель на высоком каблуке. И особенно изумили Соню длинные перчатки из тончайшего шелка с атласными отворотами, лежавшие на банкетке.
— Откуда всё это? — Соня взяла перчатки, надела одну на руку, любуясь в зеркало на стене. — Как на меня!
— Для лидера ничего не жалеют, — Эрвин открыл бархатный футляр, оставленный на изящном круглом столике, потом еще один. — Всё для победительницы, — сказал он, задумчиво разглядывая содержимое футляра.
— Какие тонкие, у меня ничего подобного не было, — девочка восхищенно рассматривала свои руки в перчатках, — первый раз вижу такую прелесть.
Эрвин странно посмотрел на девочку, будто не решаясь что-то сказать.
— Не нравятся? — Соня повернулась к юноше.
— Нам надо торопиться. Потом всё посмотришь. Прими ванну, а я пока смотаюсь недалеко, по делам.
Странно, конечно, что он беспокоится о ней. Хотя и так понятно, что после эстафеты от нее далеко не фиалками пахнет. Соня пожала плечами, сняла перчатки и двинулась в ванную. Как только за девочкой закрылась дверь, содержимое двух бархатных футляров оказалось за пазухой у парня. Он невозмутимо поправил куртку, прислушался: в ванной зашумела вода — и тихо удалился.
Когда Соня вышла из ванной, апартаменты пустовали. Она, завернутая в полотенце, спокойно прошествовала к столу, не торопясь съела несколько бутербродов, продегустировала сыр, схрумкала яблоко, выпила кристально чистой воды из кувшина и блаженно откинулась в кресле. Не хотелось никуда идти.
Из-за двери послышался бодрый призывный голос:
— Бал начинается. Всех гостей ждем в зале. Просьба не опаздывать.
Человек удалялся, повторяя приглашение дальше по коридору.
Бережно упаковав свою одежду в рюкзачок, Соня расчесала волосы, надела платье, состоящее из лифа, верхней юбки и кринолина, примерила туфли, однако каблуки ее смутили. Дома она предпочитала носить удобную обувь, а сейчас, сделав пару шагов, пошатнулась и поняла: на каблуках далеко не уйдет, точнее вообще ходить не может. Оставалось одно — надеть позаимствованные у Асанны красные сапожки, за голенищем которых так удобно прятать нож. Юбка в пол скрывала сапоги. Никто ничего не увидит. А если увидит, ну и пусть.
Собственно, и платье, отделанное кружевом и рубинами, ей тоже ни к чему, ведь она собирается возвращаться домой. Что за маскарад она явит, вернувшись? Ха! Она знает, что делать. Соня ловко натянула свои джинсы под юбку и заправила брючины в сапоги. Взглянула на себя в зеркало. Прочь сомнения! Хватит вздыхать и мяться. Переодетая в бальное платье «Золушка» вздернула подбородок и выпрямила спину. Еще одно испытание под названием «бал в честь победительницы» она сможет выдержать.
Раздался нетерпеливый стук в дверь, и на пороге возник Эрвин, веселый и принарядившийся. Когда только успел? Парень сделал пару шагов и воззрился на Соню.
— Немного похожа, да, — произнес он задумчиво, оглядывая девочку с ног до головы.
— На кого? — Соня вопросительно подняла брови.
Торжественного выхода и соответствующих восторгов от этого товарища ожидать было глупо.
— На королеву, — ухмыльнулся Эрвин.
— Ошибаешься. Я — вылитая королева, — заявила Соня, гордо вскинув голову.
Парень склонился в шуточном поклоне.
— Я тоже хотел сделать вам подарок, ваше величество, — выпрямившись, сказал он.
От неожиданности Соня покраснела, а Эрвин вытащил из кармана цепочку с кулоном — небольшим желтым камнем в серебряной оправе и подошел к смущенной девочке. От шутовского вида юноши не осталось и следа. Он разволновался, но старался это скрыть. Соня повернулась к нему спиной, и Эрвин аккуратно застегнул застежку.
