— Уже?! — тут же запаниковал Евронимус. — В смысле… что делать? Нам надо ехать? Нужны какие-то вещи?
— Ничего не надо, но Миктиан просит скорее приехать. Вставай! Собираемся!
Одевшись так быстро, как только можно, они вызвали такси и уже через двадцать минут поднимались в родовое отделение, где в коридоре, как на иголках, сидел Миктиан и мрачно смотрел в пол.
— Миктиан? — Глория подбежала к нему, — Что-то не так?
— Кажется… Исма уже долго не может родить, а в палату забегает все больше врачей и медсестер… — голос Миктиана дрожал. — Мне никто ничего не говорит. Я не знаю, что там происходит, но, кажется, все очень плохо.
Евронимус и Глория пару раз переглянулись, давая друг другу право первого слова, не зная, что сказать в данной ситуации. Они сели рядом, успокаивающе похлопав будущего папу по плечам, и стали ждать.
Еще минут через десять Евронимус не выдержал томительного ожидания и начал ходить туда-сюда по коридору. Глорию с Миктианом это раздражало, но они молчали, хотя лучше бы усадили паникера, ибо еще через несколько минут дверь резко распахнулась, ударив парня по лицу. Испуганный врач медленно глянул за дверь.
— Фух! Живой. А то за последние четыре месяца десять отцов уже насмерть прихлопнули этой дверью…
— Вы оставили десять детей без отцов, потому что не можете сменить эту старую, напоминающую тюремную железную дверь на нормальную?! — возмутилась Глория.
— Ну, понимаете, больнице нужны деньги, кафетерий там обновлять, зарплату пла… да и вообще, что вы хотите?! Здесь раньше действительно тюрьма была! — развел вдруг руки врач. — Вы лучше скажите, кто здесь отец ребенка?
— Я! — резко, как в армии, подскочил Миктиан.
— Вас жена зовет, можете зайти, — кивнул в сторону палаты мужчина, позволяя пройти.
Миктиан ушел, а вот друзьям пришлось подождать снаружи. И раз уж молодому отцу разрешили зайти посмотреть на ребенка, значит с ним все в порядке. Так думали Глория и Евронимус, пока мужчина не вышел. Он улыбался, но казался озадаченным.
— Мы можем ехать домой, — сказал он, посмотрев на ребят, развернулся и пошел по коридору.
По пути домой он рассказал о том, что недавний удар повлиял на осложнение родов, что также отразилось на ребенке, и у него возможно будут проблемы с передвижением в дальнейшем — пострадала правая нога. Пока неизвестно все наверняка: будут ли проблемы или нет, придется ли прибегнуть к лечению или нет. Но в целом здоровью ребенка и Исмы ничего не угрожает. Пару дней им придется еще полежать в больнице, а там уже их выпишут, если все будет в порядке.
Через два дня Исму и ребенка, которого решили назвать Вестар, выписали из больницы. Поврежденной ногой ребенок двигает нормально, хоть и слабовато. Врачи порекомендовали водить малыша на специальную терапию, развивающую работу суставов новорожденных.
Глория, Евронимус и счастливый Миктиан с огромным букетом цветов встретили новоиспеченную мать возле больницы и забрали домой, где ее и ребенка ждал сюрприз: уютно обустроенная детская комната с воздушными шариками, а над детской кроваткой висело имя малыша: «Вестар».
Также был приготовлен грандиозный обед и испечен скромный шоколадный торт, поэтому, натискавшись с ребенком и уложив его спать, все отправились на кухню. За обедом Евронимус рассказал Миктиану и Исме о своих намерениях пойти учиться, и что он уже подал заявление на поступление. Молодые родители поддержали выбор друга и сказали, что постараются помочь всем, чем смогут, лишь бы у него все получилось.
Через две недели Евронимусу пришел ответ из университета. Как и ожидалось, его легко приняли, так как есть небольшой опыт работы, а также репутация бывшего работника АЦП. Теперь за лето парню предстоит подготовиться к отъезду, настроиться на учебу и провести три теплых месяца с любимой девушкой.
====== Глава 19. История Баст и Иштар ======
Июнь. На улице хорошая, теплая погода. Все выходят погулять и насладиться первым воистину летним деньком, и всюду влюбленные парочки ходят за ручку, смеются, балуются, наслаждаются друг другом. И только у Баст было все совсем иначе с мужем.
— Как же ты меня достал! Постоянный контроль, контроль, контроль! «А где же Баст? Опять бухает со всякими мужиками?». И плевать, что я работаю в таверне до ночи! — ругалась Баст, агрессивно хватая аккуратно сложенные на полках шкафа вещи и запихивая их в большую, вместительную сумку.
— Конечно! А что мне еще думать, когда после слов «я выпью немного с друзьями» тебя находят спящую где-то на улице?! — Брайан раздраженно мерил шагами комнату, даже не думая мешать женщине собирать свои вещи. — Кто угодно может подойти и воспользоваться твоим состоянием, а ты потом еще и не можешь вспомнить, что ночью было. С кем ты пила? Где ты была? Как ты себя вела?
