Великан Севера полностью

Сознание вернулось ко мне внезапно, казалось только секунду назад я ехал домой с работы на своей машине, как вдруг со встречки на меня вылетел КАМАЗ, секунда замешательства, отчаянная попытка уклониться от неминуемой смерти и темнота. Очнулся я в достаточно странном месте, передо мной возвышался огромный старославянский терем, своей громадой заслоняющий небо, а за моей спиной простиралось ничто или космос, с немногочисленными тусклыми звёздами, только благодаря которым было возможно хоть что-то рассмотреть. Так как мною не ощущалось ни боли, ни недомогания от близкого знакомства с отечественным автопромом, можно было сделать только один вывод, беспокоиться мне больше не о чем, так как я точно мёртв. Как не странно, но этот факт моё сознание приняло достаточно спокойно, не было ни истерики, ни желания молить высшие силы вернуть всё назад, или начать укорять их в несправедливости, ничего, только лёгкая досада, что дом, построенный своими руками, теперь достанется или государству, или дальним родственникам, которые намеренно забыли о моём существовании годы назад. Вспомнив о своём доме, у меня в голове начали всплывать и другие воспоминания, но они были обезличены, чувство было такое, что мною читалась подробная автобиография хорошо знакомого мне человека. Обычное детство, школа, институт, ранняя смерть родителей, любимая работа, кажется в строительной сфере, хобби и наконец, момент смерти, это все что удалось вспомнить. Никаких воспоминаний о собственной семье и детях, только чёткая уверенность, что их не было. При попытке вспомнить лица или голоса близких, перед глазами всплывали только размытые образы, никакой конкретики.

Решив не мучать себя попытками восстановить воспоминания, я пристальней начал осматривать окружающее меня пространство, если бездна за спиной сильно пугала и вызывала единственное желание, оказаться как можно дальше от неё, то вот терем стоило осмотреть тщательнее. Гигантское здание с тёмными провалами окон казалось заброшенным, подмечая намётанным взглядом, где и что требовало ремонта или обновления, я начал обходить его по периметру. Его архитектурный стиль был мне хорошо знаком, что-то подобное просили меня строить люди, увлекающиеся славянским язычеством или просто желающие себе дом под «старину», но при взгляде на этот терем было чувство некой завершённости и органичности и в конструкции, и в использовании декоративных элементов. Моя прогулка продолжалась до тех пор, пока мною не были услышаны отдалённые удары металла о металл, такие же звуки были слышаны мной ранее в кузнечных мастерских и заводах, специализирующихся на металлообработке. Подавив в себе желание тут же броситься на поиски других людей, я, немного прислушавшись, тихо направился в сторону источника шума. Неизвестный мне кузнец работал где-то в глубине терема, наносимые им удары, были громкими и равномерными, поэтому служили отличным ориентиром. Идя по широким коридорам, в которых единственным источником света являлся тусклый отблеск немногочисленных звёзд снаружи, мне всё больше казалось, что занесло меня в какую-то сказку. Вдоль стен были развешаны оружие и щиты, лавки и стулья были укрыты вышитыми покрывалами с затейливыми узорами, а деревянные статуи животных и людей были выполнены с изрядной долей мастерства. Дойдя до двери, из-за которой и доносился звук, я ненадолго замер в нерешительности, что ждёт меня за ней, мне было неизвестно и это немного пугало, с другой стороны, продолжать бродить по пустому терему было не лучшей идеей так как…

— Чево застыл, как не родной, заходи, да дверь за собой закрыть не забудь, — раздался густой бас из-за двери.

Так как меня уже заметили, мне не оставалось ничего другого, кроме как открыть дверь и зайти внутрь. Открывшаяся передо мной картина, напоминала собой реконструкцию деревенской кузни из этнографического музея: раскалённый горн полыхал жаром углей, ровные ряды щипцов, молотов и прочего кузнечного инструмента украшали стены, а у наковальни, в центре помещения, стоял настоящий великан. Был он, примерно, трёх метров ростом, густые светлые волосы на его голове были стянуты кожаным шнурком, чтобы не мешались при работе, окладистая борода была насквозь мокрой от пота и казалось дымилась. Одет он был в простую рубаху и штаны из белой ткани, поверх которых носил кожаный фартук, с кармашками для инструментов, как и борода, вся одежа была насквозь мокрой, тем самым открывая отличный вид на перекаты могучих мышц, натруженных работой. Сделав ещё несколько ударов по заготовке топора, гигант опустил раскалённую голову будущего инструмента в бочку для закалки и только после этого посмотрел на меня. Под взглядом небесно-голубых глаз, мне стало немного некомфортно, с одной стороны они смотрели на меня строго и оценивающе, с другой ласково и с любовью, как смотрят дедушки на давно не виденных внуков.