Неожиданности начались практически сразу, так как уже спустя пару сотен метров, которые мы преодолевали довольно долгое время, идя след в след, чтобы не попасть ногой в какую-нибудь нору. Внезапно все идущие впереди меня почти одновременно бесшумно улеглись в траву. Меня, зазевавшегося, беспардонно, но тихо, сбили с ног и тоже уложили лицом вниз. Поскольку дружеская рука не давала мне поднять голову, ориентироваться я мог только на звук.
Хорошо, хоть эти самые звуки были довольно информативны. Перпендикулярно нашему курсу двигалась группа противника. Судя по веселым негромким диалогам, там было человек пять или шесть. Они тоже готовились к диверсии. Но при этом слишком сильно таиться пока не собирались, поскольку находились достаточно далеко от стен города, да и быстро сгущающиеся сумерки скрывали их более чем надежно.
О характере диверсии мне одновременно подсказали и уши, и нос. Противник собирался подкрасться максимально близко к стенам и попытаться забросать караульных небольшими специально изготовленными для этого глиняными горшками с нечистотами.
Скажете, что это не диверсия, а ребячество? Я с вами соглашусь, но замечу, что и шли в эту вылазку юнцы – вчерашние дети.
Позже мне объяснили, что это тоже часть традиции. Ночью, если не планировалось штурма, мальчишки-первогодки обязательно набирали «боеприпасов» в горшочки для горючего земляного масла и шли тренироваться прицельно швырять их прямо при помощи пращи между стенными зубцами.
А настоящий же игровой штурм, горшки заполнялись красящей жидкостью, фитили поджигались, и снаряды бросались в цель из-за стены из щитов атакующих.
На стенах и в стенных башенках напротив бойниц на эти случаи сидели специальные лучники, лучше всех поражающие такие цели. Хотя, здесь с подобной задачей могут справляться даже малые дети. Если стрела раскалывала горшок над рядами наступавших, то все, на открытые части тел которых попадала краска, выходили из боя для оценки полученных повреждений. Оценку проводили люди из городов, которые в этом году в Великих Играх прямого участия не принимали.
Если же горшок умудрялся долетать, до зубцов стены, то пятнистых по тому же принципу считали уже там.
Так вот, мальчишки шли проказничать. Поэтому их просто пропустили мимо.
Да, в настоящей боевой ситуации, скорее всего, врагов за спиной бы не оставили. Но в этот раз командир отряда решил, что не имеет смысла рисковать скрытным подходом к цели и потерей эффекта неожиданности.
Поэтому, когда веселые подростки прошли мимо, за ними просто по пятам отправился один из разведчиков, замыкающий нашу колонну.
В составе группы был еще один чужак – представитель гильдии убийц. Был он на вид неуловимо неприятным и каким-то юрким, что ли. Против него, кстати, бойцы не возражали. От этого он не понравился мне еще больше.
Убийцу взяли для того, чтобы он тоже мог подать условный знак своему коллеге.
Подобравшись практически вплотную к уже заканчивающим свои работы пленникам, мы затаились, ожидая команды. Точнее, они. Меня с собой взяли только из-за того, что боялись, как бы на меня, сидящего у портала, случайно не набрела такая же группа из воинствующих мальков противника.
Мастер убийца сначала лежал в трех бойцах отряда от меня, потом, когда он начал издавать звуки, никак на мой слух не отличающиеся от обычного ночного шума, то осторожно начал переползать совсем уж близко к рабочим.
Те, негромко переговариваясь, уже сваливали в кучи лопаты, корзины и приспособления для утрамбовки земли.
Внезапно мастер ускорился и, перекрывая усталый гомон толпы, пронзительно запищал, словно какой-нибудь рассерженный мелкий полевой грызун.
И тут началось самое интересное.
Один из рабочих медленно и даже как-то величественно поднял вверх обе руки и откинул голову лицом к ночному небу. Второй же, плавно перетекая от одного околдованного охранника к другому, одним скупым движением рисовал тем улыбки чуть ниже подбородков. Тут же у каждого из охранников будто из-под земли вырастали по два бойца отряда. Одни укладывал молчаливого охранника на землю, а второй, взяв его оружие и головной убор, занимал освободившееся место. Делалось все это быстро, но только на тот период, пока все пятнадцать охранников над более, чем сотней рабочих общими усилиями двух ловких убийц не перешли в горизонтальное положение.
В этот миг стоявший на манер буквы «Т» маг начал заваливаться назад. Его тут же подхватили другие пленники и, стараясь ступать по возможности тихо, двинулись в том направлении, которое им уже указывал все тот же пленный убийца.
Теперь пришло время потрудиться штатному магу. Он поставил плохонькую размытую иллюзию, которой предназначалось хоть какое-то время отводить глаза случайному наблюдателю. Это было несколько почти бесформенных столбов, имитирующих охранников, и совсем уж бесформенная шевелящаяся масса – толпа пленных. Благо, было уже совсем темно, потому сошло и так.
Правда, от усилий по созданию этого безобразия, маг-спецназовец тоже свалился без сил.
Пришлось нести. Естественно, нес его я, как специально взятый помощник.
