Стинк дал команду зажечь масляные лампы, но я попросил его не торопиться и дать глазам привыкнуть к темноте. А еще посоветовал ему отправить обоих стрелков на два соседних участка для обмена опытом.
Оба раза он меня послушал, но по первой просьбе мягко потребовал объяснений.
- Да все просто, - тихо и доверительно сказал я ему, - есть сведения, что у противника появились средства форсирования водной преграды – рва. Сегодня в результате тайной операции специальной городской группой быстрого реагирования была обнаружена фактическая возможность врага или соперника, как тебе будет удобно, освещать местность в ночное время. Так же было установлено, как бороться с этой напастью. И вот, пока всю добытую ценную информацию мы не успели передать в войска, противник и решился на неподготовленный до конца штурм. Иначе уже следующей ночью у них бы точно ничего не получилось. А работа у них в этом направлении проделана гигантская.
- Так а зачем же они светили у нас здесь?! - не понял моих многословных объяснений простой и прямолинейный служака.
- Чтобы никто из вас, привыкнув к свету, не смог рассмотреть того, что творится непосредственно под стеной! – сказал я, наконец, то, с чего и следовало начинать.
Примерно с секунду сержант стоял и переваривал услышанное. Потом, развернувшись, кинулся к ближайшей масляной лампе, погашенной за ненадобностью, поджег ее с помощью встроенного механизма, от маленького пляшущего огонька запалил большой дико чадящий факел и, не высовываясь из-за зубца стены, бросил его вниз. В этот же миг, отскочив в сторону на пару метров, сержант быстро взглянул вниз туда, куда должен был упасть факел, и не смог сдержать изумленного возгласа!
Глава 9. Сумбурный ночной штурм
И возглас этот явно был ругательным. Нужно будет не забыть попросить Флина обучить меня местному красноречию. Иначе мне на стенах придется туго, из-за непонимания половины произносимых защитниками слов.
Однако подчиненные своего командира поняли. Одни тут же бросились к бойницам, а другие – разводить костры.
Что характерно, костры были сами по себе, а чаны с краской – сами. Возле каждого костра стояли песочные часы. Считалось, что содержимое чана достигло бы температуры кипения, только когда в часах упадет последняя песчинка. За этим, как оказалось, тоже следил сторонний наблюдатель.
Откуда их столько взялось в городе? Некоторые из них в плановом порядке прибыли за пару дней до начала Игр в составе делегации, которая должна была чисто формально утвердить стандартные документы. Эти бумаги могли подписываться и уже в самый разгар Игр, потому что к наблюдению они никакого отношения не имели. Они касались назначения третьей стороны.
Оказывается, в Великих Играх всегда принимала участие и третья сторона. Потому что не всегда они заканчивались однозначной и безоговорочной победой. Порой осады затягивались настолько, что грозили жутким неурожаем и прочими тяжелыми экономическими последствиями. Вот тогда и вступала в Игры третья сила, принуждающая стороны к финишу. Порой при действительно равносильном и равноценном раскладе объявлялась боевая ничья и тогда победу праздновали все три лагеря, а порой третья сила присоединялась к одной из сторон, если проигрывавшие отказывались принимать предложение о сдаче, а просто обреченно тянули время, не имея никаких козырей в рукаве, а просто не желая проигрывать.
В любом случае, факт завершения Великих Игр всегда объявлялся третьей стороной, по силе примерно равной любому участнику.
Так вот, часть представителей уже была в городе, а часть была впущена в городе в минувший полдень со стороны реки – они прибыли на своих судах.
Тот факт, что города, имеющие развитый торговый флот, были в этот раз третьей силой, здорово облегчал труд защитников города.
Так вот, после того, как факел упал вниз и показал защитникам, что же творится внизу, на стене заработал изумительно слаженный механизм. Каждый человек был на своем месте и занимался своими обязанностями. Не было никакой бестолковой сутолоки и, тем более, паники.
В принципе, я человек не любопытный, но и любознательность мне не чужда. Когда еще мне представится шанс понаблюдать за штурмом средневековых укреплений? Может завтра, а может и никогда!
Высунулся из-за зубца стены буквально на мгновение. Ничего не рассмотрел, но зато тут же чуть не получил в лицо стрелой.
Так и глаз же можно выбить!
Ко мне подошел наблюдатель.
- Царапина, - сказал он, - можешь продолжать. Хотя, скажи перед тем, как выбыть из Игры, что ты собираешься тут делать без оружия?
Наградив его взглядом а-ля «ох уж этот сраный-умный», я перешел к тем ребятам, что отстреливали невидимого мне противника из бойниц.
- Что там происходит? – тихо, пользуясь паузой в его стрельбе, спросил у лучника.
- Задница, - проворчал боец, потом, подумав, добавил, - полная!
Говорить под руку не хотелось. Но узнать, что же там твориться внизу и каков масштаб трагедии подмывало сильно. Повезло, что в этот момент вернулся один из двух снайперов и предложил лучнику возле меня поменяться местами.
