В одном из уединенных горных городков Мексики — в Уруапане, в двухстах милях от побережья Тихого океана, — до сих пор изготавливают красивые лакированные шкатулки для продажи туристам. Этнографы отмечают, что это ремесло совсем нехарактерно для здешних мест, зато, например, оно было с давних времен развито в Китае — с эпохи царства Шан (1554–1046 гг. до н. э.), когда «стали покрывать лаком бытовые изделия, мебель и предметы искусства» (гл. 10).
В Перу внимание Мензиса привлекли китайские иероглифы. Там, по его словам, найдены изделия из бронзы и глины с китайской символикой (приложение 1, «Кругосветное путешествие китайцев»).
Вещественные следы экспедиции Чжэн Хэ британский историк собирал на всех континентах с такой скрупулезностью, что любой его коллега заведомо проиграл бы ему пари, если бы попробовал так же тщательно документировать плавание Магеллана.
Китайцы Чжэн Хэ, как современные туристы, всюду оставляли какой-нибудь предмет или надпись. Так, на островах Зеленого Мыса (в Атлантическом океане) и в устье реки Конго, — а это тоже Атлантика — найдены резные камни с надписями, восхваляющими деяния китайских моряков. На одном из наскальных рисунков, оставленных австралийскими аборигенами, «изображен иноземный корабль, напоминающий китайскую джонку» (гл. 7). В США, на побережье Род-Айленда, обнаружен древний маяк, а в Австралии, в штате Новый Южный Уэльс, — руины каменной крепости, которая никак не могла быть возведена местными жителями. «Не существует, однако, ни одного свидетельства, что аборигены сооружали подобные укрепления где-либо на территории Австралии» (гл. 7). То и другое, считает Мензис, построили китайцы, побывавшие здесь.
В своих плаваниях они не только
Главным в этом «Иллюстрированном справочнике» было то, что не попадает на страницы хрестоматий, но поддается порой однозначному толкованию: рисунки. Китайский художник — а уж мастерство и точность художников средневекового Китая трудно отрицать — запечатлел животных, населявших чужие страны. Среди них явно узнавались… представители южноамериканской фауны: ламы, броненосцы, ягуары «с круглыми усатыми мордами» (гл. 10).
Но прежде всего Мензис основывает свои доводы на секретных картах, которые имелись в XV — начале XVI века у некоторых европейских правителей. На них довольно точно изображены те области Земли, что еще не были известны европейским мореплавателям. Он полемично заявляет, что знания об этих регионах европейцы могли почерпнуть только у китайцев.
Действительно, в истории географических открытий есть ряд темных мест. Так, Фернан Магеллан, отправляясь в 1519 году в свое кругосветное путешествие, якобы получил от португальских властей некую тайную карту. Сверяясь с ней, он достиг пролива, который носит теперь его имя.
Мензис, ссылаясь на португальского историка Антоньу Гальвана (ум. 1557), пишет о карте мира, которую привез из Венеции в 1428 году дон Педру, наследник португальского престола и брат Генриха Мореплавателя. Гальван оставил описание этой венецианской карты. На ней были «изображены все части света и все земли, какие только существуют под луной. На ней Магелланов пролив именуется Хвостом Дракона; нанесены также мыс Доброй Надежды и общие очертания Африки, равно как и другие острова и земли» (гл. 4). Возможно, ее копия имелась и у Магеллана. Как пишет Мензис, «остается только удивляться, когда думаешь о том, что он вышел в Тихий океан через пролив, который уже был изображен на карте и впоследствии получил его имя» (приложение 1).
В любом случае Магеллан был абсолютно уверен в том, что этот узкий, окруженный скалами канал, куда вошли его корабли, непременно выведет его в
Так что это была за «карта 1428 года»? Очевидно, образцом для нее послужила знаменитая карта, составленная в 1424 году венецианским картографом Джованни Пиццигано. Ряд географических объектов, изображенных на ней, к тому времени, как считается, еще не был известен европейцам.
