Сравнительно незадолго до появления Гудини подобные трю­ки исполняли французы Рейнали и Диксон, немец Макс Ресснер (Александр Макс), англичане Густав Фазола, Фергус Гринвуд, Оуэн Кларк и др. Но особым успехом эти трюки не пользовались. Только колоссальный рост преступности в Соединенных Штатах Америки и детективная литература создали обстановку, в кото­рой похождения уголовника приобретали налет романтики. Гу­дини показывал целую программу из однородных трюков, вы­зывая небывалый восторг публики.

Гудини был не просто иллюзионистом — он выполнял номера, требовавшие огромной физической силы, поразительной вынос­ливости и ловкости. Он позволял связывать себя любыми пута­ми, надевать на себя наручники — и всегда высвобождался. Ты­сячные аудитории неистовствовали, пока он, скрытый в ящике, за ширмами, развязывал ремни, освобождался от капканов. Го­ворят, когда ему удавалось сделать это слишком быстро, он, что­бы продлить напряжение публики, довести его до предела, сидел за ширмой и читал журнал, затем появлялся, отдуваясь и тяжело дыша, как человек, одержавший трудную победу.

Способности Гудини проходить сквозь стены, выходить из лю­бых помещений тюрем всех стран до сих пор не поддаются объяс­нению. Несомненным является то, что в своем творчестве Гудини помимо чисто технических секретов пользовался йогой и тайными эзотерическими знаниями, почерпнутыми из богатейшей в мире библиотеки книг по магии (более 5200 томов), собранной им самим. После его смерти вдова Бесс Гудини, скончавшаяся в 1943 г., пере­дала уникальное собрание в библиотеку Конгресса.

В отличие от иллюзионистов того времени Гудини часто устраи­вал публичные выступления, стремясь сделать так, чтобы их уви­дело как можно больше людей. Но не всегда все проходило гладко. Бывало, что лишь благодаря своей исключительной выдержке или счастливой случайности он вырывался из объятий смерти.

Однажды перед началом гастролей в Детройтском цирке Гуди­ни должен был для привлечения зрителей броситься с моста в реку в наручниках и под водой сбросить их. В ночь перед этим ударил сильный мороз и река покрылась льдом. Даже директор цирка стоял на том, чтобы отказаться от рискованного трюка. Но иллю­зионист и не думал пасовать. Он попросил, чтобы в месте прыжка скололи лед, и в назначенный час появился на мосту. Несмотря на мороз, разделся до трусов и под приветственные крики детройтцев бросился в дымящуюся прорубь.

Прошло две минуты, три, четыре, пять. Гудини не появлялся. Репортеры кинулись к телефону сообщить о гибели прославленно­го иллюзиониста — ведь известно, что больше трех с половиной минут человек не может пробыть под водой, да еще в такой холод!

Через восемь минут, когда уже не оставалось никаких надежд на возвращение Гудини, его голова показалась в проруби. Подтя­нувшись за веревку, спущенную заранее в реку, он в полном изне­можении с помощью врача и ассистента выбрался на лед. Надо ли говорить, что после этого вера в сверхъестественные способности мага еще более укрепилась.

И все-таки, как ему удалось продержаться под водой без спе­циального снаряжения в течение восьми минут? Секрет этого удивительного случая раскрыл сам Гудини: «Я опустился на дно и, как обычно, быстро освободился от наручников, но, видимо, неправильно рассчитал скорость течения, потому что, когда всплыл, над головой оказался сплошной лед — меня сильно снес­ло. Я опять опустился на дно и попытался разглядеть светлое пятно проруби вверху. Никакого результата. Я немного проплыл и опять посмотрел над собой: проклятая дыра исчезла, словно ее вдруг сковал лед. Минуты через три я почувствовал, что начинаю задыхаться. И тут меня осенило. Я постарался как можно мед­леннее подняться к верхней кромке льда, где между водой и льдом был небольшой слой воздуха. Лежа на спине и осторожно припод­няв нос над водой, я все же мог дышать. Я еще немного проплавал в поисках проруби, но не обнаружил ее. Там ничего не было вид­но, да и холод стал давать о себе знать. Но я, по крайней мере, мог дышать, а значит, оставалась надежда. Мне показалось, что прошел целый час, прежде чем я увидел впереди и сбоку какую-то расплывчатую, извивающуюся змею. Ура! Веревка!.. Как я рва­нулся к ней!»

Слава артиста росла как снежный ком. За час он освобождает­ся из камеры Брикстонской тюрьмы (Англия). За десять минут выбирается из тюрьмы Моабит (Германия), причем зрители и жур­налисты ждали его у главного входа, а он, пожав руку полицейс­кому, ушел через другой. Столь же триумфально он сбежал из Бутырской тюрьмы в России, из пересыльного вагона для арестан­тов... В Голландии Гудини демонстрирует следующий аттракцион: скованного и раздетого, его поместили в предварительно осмот­ренную прощупанную корзину, которую закрыли и вставили в еще одну, побольше. Аналогичную операцию повторяли до тех пор, пока число корзин не достигло 13. Затем это сооружение закрыли ширмой. За пять минут артист освободился и предстал перед по­раженными зрителями. Оковы остались в самой маленькой кор­зине. И ни одна из корзин не была повреждена.

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги