царствовать в этих двух королевствах, и что с целью осуществления этих намерений
король Сигизмунд писал Вам коварно,
чтобы продлять время и иметь возможность договориться с императором и испанским
королем, дабы из шведского
королевства сделать то же, что они сделали с несколькими другими странами и
княжествами. И Вы, видя их вероломство,
предприняли против него, Сигизмунда, войну и взяли у него много областей и
пушек, поразили и разбили его силы.
Вы видите, Ваше величество, несправедливость и злобу польского короля,
направленную против Вас, в результате
которой он пролил много своей, польской, крови и желает теперь сделать то же
самое в нашем Русском государстве, так же
как и посеять тревогу в Шведском королевстве и пролить в нем кровь. Мы узнали
все это от Вас и будем придерживаться
большой дружбы..."
Клод Жермен хрустнул пальцами так звонко, что де Сези поморщился: "Бог
мой! Словно мертвец, внезапно
всплеснувший руками!" Жилка на виске иезуита нервно билась.
- Клянусь австрийским гербом королевы Анны, - мрачно прошептал Клод
Жермен, - Ордену следует направить в
метропольный город Москву не менее сотни служителей святого креста. Занимаясь
Европой, не надо забывать Азию,
Московия становится опасной.
- Но понимать, где опасность, - живо отозвался де Сези, - это значит,
наполовину ослабить ее. Читайте же, мой
друг...
- "...Посылаем к Вам нашего приближенного боярина, наместника в
Казанском княжестве Ивана Борисовича
Черкасского и других его товарищей с целью обсудить все выслушанное от Ваших
послов и дать ответ на Ваше послание,
которое Ваши послы привезли к нам, и решить, что нужно делать в настоящее время.
Затем, наградив Ваших послов со всей нашей благосклонностью, мы скоро
их отпустили. Мы желаем, чтобы Вы
были уверены в нашем хорошем к Вам отношении и дружбе, а также в желании нашем
обмениваться важными вестями с
Вами. Мы желаем в дальнейшем знать о Вашем добром здоровье, как и Вы о нашем.
И впредь мы желаем жить в дружбе с Вашим величеством и поддерживать,
как в настоящее время, так и в
будущем в наших отношениях, союз, который мы заключили в договоре о мире, без
изменения и желаем, чтобы вы
поступили так же.
Написано в нашем дворце, в столице Москве, апреля 25..."
Сложив документ вчетверо, Клод Жермен приподнял бронзовую Дидону и
вновь "замуровал" послание. Наблюдая
за иезуитом, де Сези спросил:
- Что вы можете сказать, Клод?
- Меня успокаивает Рим. По его воле, во славу господа, могли пройти в
северных морях не только теплые, но и
холодные течения.
- Могли, но... - де Сези развел руками, - не прошли. Напротив, вы
видели капитана фрегата, прибывшего вчера в
Золотой Рог под испанским флагом? Это дон Диего, у него три рубца на подбородке
и в правом ухе серьга. Прекрасный
образец испанца, способного из всех морей выжать соль в свою пользу. Он доставил
мне свежие, выпеченные в Стокгольме
сведения. В город Москву, резиденцию русского царя, направились новые шведские
послы: Антон Мониер и Юрий
Бонгарт. Россия не может быть признательна Швеции, захватившей у нее Балтийское
побережье, но она может на какой-то
период перестать быть злопамятной и помочь королю Густаву-Адольфу, враждующему с
их общим, и притом, заметьте,
главным врагом, королем Сигизмундом польским.
- Дьявол возьми!
- Он и взял, причем без спроса. Но вы, Клод, верный служитель
всемогущего Ордена. Вы обязаны отобрать у
нечистого награбленное и вручить его святой казне Ватикана.
- А вы знаете, что московский двор величает себя третьим Римом?
- Ответим так: один пал, другой стоит, третьему не быть! И поэтому
вновь займемся казаками.
Пишите: "...Ваше величество, достоверно известно, что шесть дней тому
назад морской паша не смог продолжать
возведение крепости, которое он предпринял на Черном море. Помешали русские
казаки..."
- Опять казаки! Какую цель преследуете вы, запугивая короля Франции? И
какую пользу может извлечь из этого
коалиция католических держав?
- Прямую: персидский шах Аббас, проведав, что на него готовится напасть
Моурав-бек, атакует Турцию с юго-
востока, а с северо-востока, по сговору с Россией, эту атаку проведут казаки
реки Дона. Пять лет назад вас еще не было в
Стамбуле; тогда донские казаки, разведав об отсутствии турецкого флота, дерзко
проникли в Босфорский пролив и
разгромили предместье Бюйюкдере, Ени-кей и другие поселения, украшающие
европейский берег Босфора. Налет казаков
встревожил турок, а мне он послужил новым доводом в пользу императора
Фердинанда.
- Святейший глава Ордена не ошибся, предугадав в вас набожного
католика, способного создать в Стамбуле
сильный плацдарм для императоров двух империй: Германии и Испании. Я внимательно
слушаю вас, граф.
- Благодарю. Итак, Клод, мой повышенный интерес к казакам вызван
сложным узлом, завязанным политикой на
Востоке. Клянусь святой Женевьевой, я нашел способ распутать его в пользу
Габсбургов; по моему разумению, это значит -
в пользу Франции. Царь Московии, преисполненный религиозной ненависти к
католической церкви, тайно получает от
шаха Аббаса серебро в слитках и использует его для подготовки войны с
католическими государствами Запада. Так же тайно
