Ради Эрис. Он глубоко вздохнул, задержал дыхание – и вышел из каюты. «Устрашающий» успел приблизиться к берегу. Симон едва мог различить неровные очертания трийс-кого берега. Этот район Люсел-Лора назывался Таттераком. Именно там стоял Фалиндар. Когда-то здесь был военачальник, триец по имени Кронин, но его убили во время нарско-го вторжения. По словам трийца Хакана, новым господином Фалиндара стал человек по имени Люсилер. Симон повторял эти факты, словно заклинание, пытаясь найти в них что-то полезное. Если бы он действительно провел год, скитаясь по Люсел-Лору, он должен был бы знать это – и многое другое. Достаточно сделать одну ошибку, и Вэнтран узнает правду.
Крейсер подошел еще ближе к берегу. Когда до берега можно было уже дойти на веслах, Н'Дек приказал бросить якоря. Тяжелые грузы упали в воду, подняв тучу брызг и увлекая за собой гремящие цепи. Симон стоял у поручней, ожидая распоряжений Н'Дека. Когда капитан подошел к Симону, его лицо было непривычно серьезным.
– Ты готов?
Симон кивнул. Он по-прежнему не мог разглядеть в тумане башню, но становилось светлее, и появилась опасность, что дымка развеется. Ему надо как можно скорее сойти с корабля.
– Я прикажу двум матросам отвезти тебя на берег. Постарайся поскорее найти башню. Тебе дадут сигнальный фонарь и огниво. Спрячь их как следует. Они тебе понадобятся, чтобы подать нам сигнал. Мы будем ждать тебя здесь в течение сорока дней.
– Сорок дней, – откликнулся Симон. – Хорошо. Н'Дек пристально посмотрел на него:
– Ровно сорок дней, Даркис. Не делай ошибок. Мне достаточно неуютно одному плавать в трийских водах. Если тут все еще остались лиссцы…
– Здесь нет лиссцев.
– Если здесь есть лиссцы, – неумолимо договорил Н'Дек, – то они нас отсюда прогонят и ты останешься один. Если ты пропустишь день возвращения, мы уплывем на Кроут без тебя. Ты это понял?
– Понял, – ответил Симон. – Спасибо.
– И не имей на меня за это зуб, – добавил капитан. – Я тебе не завидую, это так. Но мне надо думать о моих собственных людях.
«И о твоей собственной шкуре».
– Да, я знаю. Можешь не извиняться, Н'Дек. Я говорил искренне. Спасибо, что доставил меня так далеко. – Он ткнул пальцем в широкую грудь собеседника. – И изволь быть на месте, когда я вернусь.
Как это ни странно, Н'Дек ответно ухмыльнулся.
– Я буду здесь сорок дней. Я дал тебе слово. – Капитан протянул Симону руку. – Удачи тебе, шпион. Симон ответил на его рукопожатие.
– И тебе, – сказал он, а потом повернулся, ища взглядом шлюпку.
Маленькое суденышко уже было вынесено за борт и готово к спуску на воду. В шлюпке сидели двое матросов, один из которых держал мешок с провизией. Симон осторожно вошел в лодку и чуть не потерял равновесия, когда она под ним закачалась. Он все же уселся, и один из матросов дал сигнал спускать шлюпку. Она медленно двинулась вниз. Матросы взялись за весла и начали грести к затянутому туманом берегу, оставив позади громаду корабля. Спустя несколько мгновений «Устрашающий» стал исчезать в тумане. Симон перевел взгляд на берег. Там стали вырисовываться суровые берега Люсел-Лора.
– Боже! – пробормотал он. – А я-то надеялся, что больше не увижу этих мест!
Матросы продолжали грести молча. Взгляд Симона настороженно скользил по скалистому заливу, но видел он только птиц и тучи комаров. А потом из тумана вдруг выросла сторожевая башня. Она выглядела точно так же, как в тот день, когда он ее покинул: начавший разрушаться шпиль, сохранившийся со времен прежних военачальников, старинный и накренившийся, вырастающий из каменистой земли. Симон указал в сторону башни.
– Туда, – прошептал он.
Маленькая шлюпка повернулась и поплыла к башне. Спустя несколько секунд ее днище коснулось покрытого галькой берега. Гребцы положили весла и стали ждать, чтобы Симон вышел. Он взял мешок с провизией, бросил последний взгляд в сторону океана, где на якоре стоял невидимый за туманом «Устрашающий», а потом вышел на берег. Поношенные сапоги моментально пропитались холодной океанской водой.
– Передайте своему капитану, чтобы он не опоздал на встречу, – сказал он. – Я вернусь сюда через сорок дней.
Один из матросов кивнул.
