«Наша песня хороша, начинай сначала…» – мне стоило предельных усилий не расхохотаться.
– Да-да, поединок; в случае моей победы вы добровольно возляжете со мной на ложе, после чего я всех вас отпущу, а в случае вашей – вы тоже получите свободу.
– Откуда вы знаете? – подозрительно поинтересовалась Инге. – Вы провидец, граф?
Настороженность и удивление в ее глазах смотрелись абсолютно искренне. Я даже на мгновение поверил в то, что она на самом деле потеряла память. Но только на мгновение. Слишком уж хорошо знаю женщин.
– Все уже случилось, графиня, – сел рядом с ней на кровать, наполнил бокал прихваченным из своей каюты вином и подал норвежке, – и поединок в том числе.
– И каков результат? – Северянка взволнованно вскинулась. – Вы или я?
– Не помните? – Я невольно улыбнулся.
– Нет. Я же говорю…
– Я, графиня, я. Но вы прекрасно сражались и даже слегка достали меня. На будущее дам вам совет не столь увлекаться в атаке. Вы открываетесь на входе и выходе из нее.
– Не может быть! – гневно воскликнула Инге. – И ничего я не открываюсь, просто никогда не встречала, чтобы кто-то так… Ой!!! – Она испуганно ойкнула и зажала рот ладошкой.
– Графиня, графиня… – Я с улыбкой покачал головой.
– Что? – Норвежка смущенно улыбнулась. – Я вот прямо сейчас вспомнила…
– Ладно, proehali. Как вы себя чувствуете?
– Отвратительно. – Северянка состроила нарочито страдательную гримаску. – За что вы так издубасили бедную слабую девушку?
– Слабую? – Я осторожно помассировал ноющее плечо. – Но не суть. Все уже позади.
– Все? Вы решили простить меня? – с робкой надеждой поинтересовалась Инге.
– Ни в коем случае. – Я на корню пресек все надежды.
– Грубый мужлан! – с чувством высказалась норвежка. – А могли бы. Надеюсь, вы не потащите меня прямо сейчас на ложе?
– Нет, в самое ближайшее время не потащу. Отдыхайте, выздоравливайте, приходите в себя.
– Пусть принесут еды и воды… – нарочито злобно буркнула норвежка.
– Обязательно. – Я галантно поклонился и вышел из каюты.
Ишь чего захотела, прямо сейчас… Сейчас я и кашлянуть боюсь, не то чтобы кувыркаться в порывах страсти. К тому же надо будет подготовить северянку к случке, сделать так, чтобы она сама этого захотела больше всего на свете. Перепуганное и злое бревно я трахать не собираюсь. Думаю, в недельку уложусь.
Эта забавная сценка неожиданно привела меня в прекрасное расположение духа. Тяпнув перед сном добрую порцию арманьяка, я завалился в постель и мгновенно заснул.
Если кто-нибудь пожелал бы мне сегодня доброго утра, клянусь, засунул бы ему в глаз дагу. Потому что это чертово утро ну никак не было «добрым».
После полуночи меня начала бить жестокая лихорадка, а суставы выкручивало так, что я уже стал побаиваться, как бы они не сломались. Рана не выглядела воспаленной, а поднявшийся кашель и жар прямо намекнули, что это банальная простуда. Впрочем, по нынешним временам банальных болезней не бывает. В Средневековье каждая болезнь, пусть самая пустяковая, – это гребаная лотерея, в которой шансов выиграть гораздо меньше, чем проиграть, поэтому к любому недомоганию стоит относиться со всей серьезностью.
Поднятый на ноги медикус диагноз подтвердил, назначил постельный режим и понесся бодяжить микстуры.
Я не стал саботировать его указания, правда, слегка подкорректировал. Помимо микстур и прочих декоктов, засадил пару бокалов перцовой настойки, которую держу как раз на такие случаи, залез в постель под меховое одеяло и вырубился.
Проснулся к обеду и понял, что хуже не стало. Но и не лучше. А доклад Августа еще прибавил хандры. Как оказалось, гревинда тоже свалилась с простудой, причем в более тяжелой форме, чем я: горит огнем, лежит в беспамятстве и бредит.
Мля… не дай бог, помрет, с кого я приз буду получать? Сгоряча пообещав Рихтеру, что посажу его на кол, если не выходит норвежку, я принялся размышлять, каким образом поставить себя на ноги в самое короткое время.
Надоумила Феодора.
– Баньку бы вам, тятенька. – Девица положила мне на лоб ладошку и сокрушенно покачала головой. – А потом под одеяло да сопреть как следует. Да и я всласть попарилась бы… – Она мечтательно прищурилась.
Это да, согласился я с ней про себя, это самый лучший выход из ситуации. Конечно, справлюсь и так, микстуры Августа всегда действуют, но парилка ускорит дело в разы. Долго болеть мне сейчас никак нельзя. Да и Инге срочно надо на ноги поднимать. Но где ту баню возьмешь? В монастырь католиков не пустят в любом случае, а поселок только отстраивается. Хотя если приказчики приглашали, значит, есть куда.
– Излишняя чистота еще никого до добра не доводила, – скривился Логан. – Надо быка забить, а потом сразу залезть в тушу. Вот это дело будет! Мой дед всегда так лечился. В туше и преставился.
– Хороший способ! – одобрительно закивал Отто. – А еще можно натереться детской мочой, а затем обмотаться только снятыми бараньими шкурами. У меня дядя всегда так раньше делал.
– А мой дядька растирался горячей ослиной мочой, – встрял Луиджи. – Не знаю, помогало или нет, но помер он совершенно здоровым.
