В ноябре 1952 года Сталин своим синим карандашом последний раз внёс правки в проект Постановления ЦК КПСС о мероприятиях по увеличению производства художественных фильмов в союзных республиках. И тогда же он в последний раз утвердил список художественных фильмов, которые должны были быть или полностью сняты в 1953 году, или начаты в последнем году жизни Сталина производством.
Большинство из этих, призванных воспитывать национальную гордость, фильмов после смерти Сталина так и не было снято – что говорит само за себя, если знать, что среди них должны были быть новые фильмы И. Пырьева об Иване Грозном, В. Петрова о Димитрии Донском, А. Иванова об Александре Невском, И. Пудовкина о Петре Первом, М. Ромма о противостоянии Кутузова и Наполеона, Г. Александрова о Чайковском и А. Столпера о Крамском…
Хрущёвской «России», готовящейся к «оттепели», уже была не интересна великая история великой России.
А вот Россия Сталина своей историей интересовалась всё больше. И одним из доказательств этого стала замечательная книга Льва Гумилевского «Русские инженеры», с которой читатель уже знаком.
Причём у книги имеется весьма пикантная – для нынешних «демократов» – предыстория. 2 января 1946 года её рукопись рекомендовал «тирану» Сталину не кто иной, как весьма любимый нынешними «либерастами» академик П.Л. Капица. В своём очередном письме Сталину он аттестовал книгу в следующих выражениях:
«Товарищ Сталин,
Мне думается, что я поступаю правильно, обращая Ваше внимание на прилагаемую книгу Гумилевского «Русские инженеры»…
…Получилась… интересная и увлекательная книга. Интересно в этой книге то, что, кроме картины достижений отдельных людей, как бы сама собой получается ещё общая картина развития нашей передовой техники за многие столетия.
Мы, по-видимому, мало представляем себе, какой большой кладезь творческого таланта всегда был в нашей инженерной мысли…
Из книги ясно:
1. Большое число крупнейших инженерных начинаний зарождалось у нас.
2. Мы сами почти никогда не умели (точнее – не давал царизм. –
3. Часто причина неиспользования новаторства в том, что обычно мы (точнее – царская администрация, что и показывал Л. Гумилевский. –
Ведь излишняя скромность – это ещё больший недостаток, чем излишняя самоуверенность. Для того чтобы закрепить победу (в Великой Отечественной войне. –
Петра Леонидовича Капицу сложно записывать в число активных русских патриотов. Если судить по откровенно космополитической позиции его «телевизионного» сына профессора Сергея Капицы, вряд ли в доме его отца-академика был особый культ России. И причины, побудившие старшего Капицу рекомендовать рукопись книги Гумилевского Сталину, лично для меня неясны. Возможно, Капица таким оригинальным образом страховал себя от уже надвигающихся на него неприятностей, а возможно, сыграла свою роль и действительно гордость Капицы-отца за Россию и её таланты – не знаю… Но ситуацию Пётр Леонидович оценил очень точно и патриотично:
