— Ты хотел всей власти в лаборатории, — сказал он. — И я дал тебе эту власть. Так что это твоя проблема, а не моя.
С этими словами он повернулся и ушел обратно во дворец. К этому времени вся земля во дворе была покрыта шевелящейся массой. А из окна вылезала все новая и новая плоть.
«Ну что же, — подумал я, — пока она заполнит весь внутренний двор, пройдет много времени. А пока я могу подумать над тем, что же делать». Я вернулся в свои покои и сел у окна, глядя через стены города на простирающиеся дали Великих Тунолианских Топей. Они напоминали мне шевелящуюся массу, выливавшуюся из окна комнаты с резервуаром Номер Четыре. Чтобы отогнать от себя это видение, я закрыл глаза.
Затем, неизвестно почему, я снова вспомнил план здания, найденный мною в кабинете Рас Таваса. А потом ко мне пришли воспоминания о путешествии из Гелиума с Военачальником. И тогда я вспомнил о своем теле, потому что в мыслях я видел себя рядом с Джоном Картером. Где мое тело? Последний раз я видел его на столе в лаборатории. Стол сейчас пуст А на ножке стола бумажка с загадочными цифрами 3-17.
3-17!? Что же они могут означать?
И внезапно меня осенило. Эти цифры могут иметь очень важный смысл. Я вскочил и побежал в кабинет Рас Таваса. Здесь я снова вытащил план, расстелил его на столе. Мои пальцы легли на изображение коридора 3 и нашли там цифру 17. Может, это и есть ответ? Снова я впился глазами в план. Возле цифры 17 был поставлен маленький кружок. На других камерах таких кружков не было. Что это за кружок? Почему он поставлен? Означает ли он что-то? У меня был только один способ ответить на все вопросы. Я встал из-за стола, вышел в коридор. Пройдя мимо охраны, я направился к лестнице, ведущей в подвалы, Карта подвалов отпечаталась в моем мозгу. Я мог бы найти 3-17 с закрытыми глазами.
Все коридоры и камеры были пронумерованы, и вскоре я уже стоял перед камерой 17 в коридоре 3. Я толкнул дверь. Заперта! Я обозвал себя идиотом. Можно было бы догадаться, что если в камере то, что я надеюсь найти, значит, она должна быть заперта. Я знал, где Рас Тавас хранил ключи от всех помещений здания и быстро пошел обратно. Когда, взяв ключи, я проходил мимо офицеров, они проводили меня взглядами. Вероятно, им показалось подозрительным мое поведение. Наверное, шпионы Эймада. Мне нужно быть осторожным. А это означало некоторую задержку в осуществлении моих планов.
Поэтому я сделал вид, что собираюсь осмотреть резервуары. Пройдя по коридору, я отослал одного из офицеров, которого давно подозревал, с поручением, а сам стал внимательно наблюдать из окна за выливающейся массой. Скорость ее поступления не замедлилась. Наконец, когда я решил, что усыпил бдительность всех, я снова направился к лестнице, спустился в подвал и через некоторое время стоял перед камерой 17 в коридоре 3.
Я вставил ключ, повернул его. Дверь открылась. Камера была освещена вечной радиевой лампой, которыми все пользовались на Барсуме.
Прямо передо мной на столе лежало мое тело. Я вошел в камеру, закрыл за собой дверь. Да, это мое тело. И здесь же сосуд с кровью. Мы снова вместе, мое тело, моя кровь, мой мозг. Вместе, но по отдельности. Только Рас Тавас мог сложить нас воедино. А Рас Таваса не было. Он куда-то исчез.
Я долго стоял, глядя на свое тело. Я никогда не страдал нарциссизмом, но сейчас, когда я сравнивал свое тело с уродливой оболочкой, в которой находился мой мозг, мне казалось, что мое тело — самое красивое в мире. Я подумал о Джанай, которая находилась наверху в своих комнатах, и обругал себя идиотом за то, что стал таким уродом, которого Джанай никогда не сможет полюбить.
Но что сейчас сожалеть об этом! Я заставил себя думать о другом. Маленький кружок на плане снова вспомнился мне. Все-таки эта камера должна отличаться по своей конструкции от других в этом подвале. Я стал тщательно осматривать пол и вот, наконец, обнаружил еле заметную окружность диаметром около двух футов. Я опустился возле нее на колени. В одном месте маленькая метка. Видимо, это люк, а метка указывает, в которую сторону он открывается. Вставив в щель кончик кинжала, я нажал: крышка приподнялась легко. Теперь можно было просунуть туда пальцы.
Через мгновение я уже смотрел вниз, в открывшуюся черную пропасть. Что там внизу? Зачем этот люк? Поколебавшись немного, я протиснулся в люк и повис на руках. Отверстие было небольшим, так что мой громадный торс с трудом пролез в него. Кончиками пальцев на ногах я нащупал что-то твердое. От всей души надеясь, что это дно, я отпустил руки.
Теперь я стоял на твердом полу. Сверху проникало немного света и я увидел узкий коридор, ведущий в кромешную тьму. Я зашел уже так далеко, что мне не оставалось ничего другого, как исследовать, куда же ведет коридор. Однако, может, мне стоит закрыть за собой крышку люка? Вдруг кто-нибудь забредет в камеру и увидит открытый люк. Но как же я тогда выберусь? С открытой крышкой просто. А с закрытой?
