Массовая боевая эксплуатация штурмовиков Ил-2 на фронтах в самых различных погодных условиях приносила богатую техническую информацию о поведении самолета и его систем. Обнаруживались недостатки отдельных устройств, требовавшие устранения или путем изменения режима эксплуатации, или путем конструктивного вмешательства, то есть доработки какого-то элемента конструкции. ОКБ Ильюшина и конструкторский отдел завода, начальником которого был заместитель главного конструктора по Ил-2 В. Н. Бугайский, пристально следили за поведением своего «летающего танка» в условиях невиданно жестокой войны. Поступавшая с фронтов техническая информация оперативно анализировалась, и на ее основании разрабатывались дополнительные рекомендации по эксплуатации самолета или конструктивные решения, улучшающие отдельные его элементы. Об улучшениях в конструкции самолета и изменении правил его эксплуатации оперативно информировались все воинские соединения, вооруженные штурмовиками. Была создана и на протяжении всей войны четко функционировала система технической экспресс-информации. Как правило, цикл принятия решения по замечанию, поступавшему с фронта, оформление его в виде согласованного и утвержденного информбюллетеня и рассылки бюллетеней в воинские части занимал не более месяца. Хочется отметить, что маленькая заводская типография, имевшая довольно примитивное оборудование, выпускала техдокументацию для фронта буквально за считанные часы. Этим руководил начальник типографии И. П. Петров.
Но выпуск информбюллетеней — это только часть работ по замечаниям, поступавшим с фронтов. Для улучшения, повышения надежности отдельных устройств штурмовика иногда требовалась доработка элементов конструкции. В таких случаях срочно изготавливалось необходимое количество деталей, снаряжались группы квалифицированных слесарей-монтажников во главе со специалистами, иногда — конструкторами, и эти группы разъезжались по фронтам, где и проводили доработки самолетов.
Вскоре опыт показал, что такие разовые поездки специализированных рабочих бригад на фронты с возвращением их на завод — дело мало рациональное. Как только они появлялись, командование и техническое руководство воинской части обращались к ним с естественной просьбой — помочь в ремонте техники, поврежденной в боях. Стали помогать и в этом деле. И вот «подлеченные» ими самолеты вновь обретали способность летать и громить врага. Поэтому, когда Верховное Главнокомандование потребовало усилить работы по восстановлению боевой техники на фронте, завод смог быстро развернуть широкую сеть ремонтных бригад в боевых полках. Работа эта из эпизодической превратилась в плановую: Наркомат авиапромышленности стал по согласованию с Управлением ВВС планировать полевой ремонт самолетов заводским бригадам. Так «штатские» получили постоянную «прописку» на фронтах.
Непрерывно наращивался темп выпуска самолетов Ил-2. Росло количество воинских подразделений, воевавших на «илах», росло и количество заводских бригад, обслуживавших воинские части. Был период, когда в различных армиях, штурмовых дивизиях и полках работали многие сотни штатских специалистов. И то, что они делали, порой граничило с чудесами.
Много писалось о необычной живучести самолета Ил-2. Некоторые машины возвращались после боевых вылетов настолько израненными, что если бы не сам факт возвращения, то и поверить в него было бы трудно. Вот эта-то живучесть «илов» и создавала надежную основу для восстановительных ремонтов, проводившихся в условиях прифронтовых аэродромов с использованием подручных средств. Одни поврежденные элементы заменялись исправными, взятыми из запасных комплектов или со списанных самолетов. Мелкие повреждения устранялись тут же, на пробоины в обшивке накладывались заплаты, даже повреждения силовых элементов, включая лонжероны крыла, ремонтировались накладкой стальных уголков. И вот уже пробный полет, после которого штурмовик занимал свое место в строю соединения…
К 430-му авиационному штурмовому полку, укомплектованному летчиками-испытателями из НИИ ВВС, была прикомандирована бригада заводских специалистов во главе с инженером А. С. Руденко.
