– Ты разве не понял? Случилось в лагере, что рисуют в новостях: зверское убийство двух невинных людей. Только рядом с их жилищем, а это действие, можно побежать, решать вопрос судом Линча, выбрать наказание. Безглазая фантазия предложит жестокий метод, – доказывает. – Сразу взялись за винтовки, начали стрелять, требуя, чтобы посадили корабль, выслушали приговор. Теперь вновь погрузились в эфиры, не замечая, что творится. Разруха и прогорклость бытия, не могшего другого предложить, более содержательного, так как не осталось топлива для суждений и объяснений событий. Есть предложенные варианты, они намного лучше для мозга, который не может мыслить, решая за себя. Только вмешательство со стороны.
– Всё это повторяется и на других планетах или на Земле?
– Нет, земляне уникальны в ужасном познании. Только они могут запереть разум в тисках новостей и радоваться, что не способны мыслить в пределах мозга, не выходя за грани. Иначе, если выйдешь, то покинешь зону комфорта, а это чревато перенапряжением ума, не привыкшего к умственной нагрузке и мышлению обособленно от организма СМИ, – отвечает. – Думается, симбиоз, но нет, всегда одна сторона главенствует и подавляет другую, забирая пространство, выбрасывая из головы мозг, заменяя объемным, отупляющим, широкоформатным телевизором. Только дивана не хватает. Сидишь, листаешь каталог, выбирая дизайн, чтобы подходило умершим нейронным связям. Главное, в цвет выброшенного мозга, чтобы где-то был использован, а не только был украшением для светящегося мусора, которым полнится жизнь.
– Мрачные оттенки рисуешь. Не понятно, как избавиться, – сетую сестре.
– Не думаю, что при открытии завесы тайны, надо избегать её, пытаться развидеть, пытаясь уйти, дабы не имела тлетворного действия. Наоборот, вскрыть черепную коробку, щупать мысли, проверяя на принадлежность, свои или чужие. Только так судить о целостности рассудка и восприятия, не нарушены границы, – предлагает методику. – Можно смотреть на мысли со стороны, проверяя на отношение и связь к событию. Постоянно задавая вопросы, мог ли так подумать, как отличаются суть и значение разума. Суммировать и понять, какое количество думаешь, а что за тебя придумали и вложили. Необходимо делать внимательно, ибо любой шум отвлекает от методики, которая называется погружение в себя. Отринуть то, что не продолжение мысли.
– А как ещё может помешать шум, окружающий человека?
– На самом деле, вопрос мало изучен. Но есть ответ, который можно процедить через сито сознания и выявить правду. Любой шум отвлекает, мешает сосредоточиться, чтобы познать мир самому, а не через призму готовых решений, – думает. – Человечеству не выгодно, что есть люди с отличающимся взглядом от мироощущения, ибо такими барашками, выбившимися из стада, труднее управлять. Легче подвести под знаменатель людей, выборочно не выбирая, а сделать сумму согласной, но не гласной толпы, готовой выполнить приказ. В яму спрыгнуть или пойти на верную смерть, не важно, цель есть повиновение.
– Если будут те, кто выкажут недовольство, пойдут против них? – вопрос.
– Неповиновение рубится под корень. Выкидывается из обихода, стирая след из памяти, отключается от СМИ. Для неподготовленного разума испытание, равносильное смерти, ибо привыкают к ходу событий, – рассуждает. – Живут в обособленных знаниях, не могущих разорвать плен мечтаний, которые закрывают разум туманом серого бездействия. Вроде, открыты глаза, но нет возможности выбежать из тюрьмы новостных сводок, некрологов и событий. В них есть счастье, любовь, радость и другая жизнь, более полная, чем своя, но нет реального пребывания. Лишенные глаз мечтания. Стертые грани ощущения и критики бытия. Рушится разумность, если следовать за точкой сознания.
– Неужели нет никакого выхода из плена? Или изгнание? – не вижу свет.
– Только изгнание. Думать желания, раздумья или горести. Главное, усилие мозга, готового претерпевать лишения. Свобода несет грусть, но и счастье, что выбрался из клетки, нашёл открытия, – описывает. – Эйфория от того, что хлынули слова. В них тонешь, уходя под воду идей. В силах утопить разум. Много тех, кто выбирает плен, узнав, что таится за пределами знания.
– Тех, кто вернулся самостоятельно, принимают или наказывают? – вопрос.
– Следует наказание, бунт не остается без внимания. Чтобы остальные видели, что будет, если покинут тюрьмы и начнут мыслить. Любые действия в сторону свободы разрушают облик гражданина в глазах государства. Принимая обратно, отключают от новостей, чтобы помучить, – вспоминает. – Насладившись пыткой, подключают, используя программы, вызывающие зависимость, уход от реальности в радость, несущую душевную боль. Если попался в сети, знаешь, разум не крепок, то лучше оставаться, думать простые фразы, чтобы оставить разум работающим в пол-оборота, чем включать на полную силу. При плавном входе в пределы мыслей, ум не устает, может привыкнуть к напряжению.
– Это страшно. Как это происходит? И как не попасть в списки?
