– Вот, например. «Чертова Дыра», – прочитала Жас. – Это что такое?
– След от метеорита. Раньше назывался Спиральной пещерой. Тридцать метров в ширину и шестьдесят в глубину. В тысяча восемьсот пятьдесят первом году здесь потерпело крушение судно. К берегу прибило носовую фигуру. Ее вырезал местный скульптор, в образе дьявола, отсюда такое название. Это первое, что пришло мне в голову после прочтения письма. Но как ни печально, там Гюго ничего не мог спрятать. Надо карабкаться на скалы, очень трудный путь. Не забывай, Гюго к тому времени было за пятьдесят.
Десять минут внимательного изучения.
– А вот погляди. – Жас ткнула в очертания береговой линии на вычерченной вручную карте. – Похоже на рог, как ты думаешь?
Тео присмотрелся.
– Ну… может быть. Но один рог еще не означает Люцифера, согласна?
Жас вздохнула.
Четверть часа.
– Старинные карты мало отличаются от современных, – наконец признал Тео. – Жалко, хорошая была идея…
Жас тоже расстроилась, но не хотела сдаваться.
– Если мы чего-то не видим, это вовсе не означает, что этого нет.
– Здесь слишком много пещер, большинство не исследованы. Ну почему он не подсказал Фантин хотя бы направление!
– Фантин знала, где именно они бывали вместе. Она знала, где искать.
Жас встала, потянулась и подошла к окну. Сверкающее солнце отражалось в сверкающей воде.
– Ты знаешь, где Виктор Гюго жил на острове?
– «Марин-Террас». Дом не сохранился. Там теперь большой многоквартирный комплекс.
– Оттуда можно попасть к морю?
– Ты на Джерси. Здесь можно попасть к морю откуда угодно.
– Давай посмотрим? Пройдем от места, где стоял дом, в сторону берега. Может, заметим что-нибудь.
– Я уже смотрел. Но, конечно, давай сходим. – Тео взглянул на часы. – Надо дождаться отлива. Иначе в некоторых местах не пройти и к пещерам не подобраться – там вход открывается только в отлив. А пока – пообедаем? Поблизости есть несколько приличных ресторанов. Сейчас предупрежу ассистентку.
Он позвал:
– Саманта!
Средних лет блондинка вышла из коридора второго этажа и перегнулась через лестничные перила.
– Мы уходим.
Они сели в машину и отправились в Сент-Хелиер, в сторону Королевского яхт-клуба.
Ресторан оказался более чем приличным. Жас заказала лосося на гриле, а Тео обошелся гамбургером. Оба пили эль. Когда им принесли заказанное, порог перешагнул улыбающийся Эш Гаспар. Увидел Тео и нахмурился.
Тео заметил брата, когда тот подошел почти вплотную. Увидел и настороженно замер. Жас почувствовала, что от него запахло страхом.
«Аромат страха» – на его создание они с Робби потратили больше всего времени. «Аромат верности» и «Аромат страха» – это было самое трудное. Робби считал, что он вообще не должен содержать запах страха: только запах воздуха на крыше того дома, где они жили. Но именно это ей и хочется воссоздать, твердила брату Жас. Она никогда в жизни не испытывала большего ужаса, как когда чуть не упала с крыши на мостовую. Пока брату не удалось схватить ее и втащить обратно, она думала, что все, конец. В тот день Робби спас ей жизнь. Не фигурально, в прямом смысле. А в переносном – спасал много раз.
– Привет, Тео, – сказал Эш.
Тот ответил кивком. Напряжение между братьями, вчера замеченное Жас, нынче никуда не делось.
Яркий свет дня придавал их чертам бо́льшую определенность, чем вчера, в приглушенном полумраке бара. И девушка поразилась, до какой степени они, оказывается, похожи. Оба одинаково сложены, лица хорошей лепки. Только у Эша светлее оттенок кожи и волос, он кажется моложе. И не таким опустошенным. Не таким измученным. Голубые глаза – почти того же цвета, что у брата, но в них больше жизни. Как если бы судьба еще не ломала его.
– Чему я обязан удовольствию твоего визита?
– Я позвонил в галерею, и Саманта сказала, куда вы отправились. Мне нужно с тобой поговорить. Отойдем на минуту?
– Нет уж, давай здесь. Бросать леди в одиночестве – фу, как грубо… Садись. Я тебя внимательно слушаю. И пусть Жас тоже послушает.
Пока Эш устраивался за столом, подошел официант.
– Я не буду обедать. Только чашку кофе, пожалуйста. Черного.
– Да, сэр.
Проводив глазами официанта, Эш пояснил:
– Я хочу поговорить о галерее.
– Отлично, говори.
– Ко мне обратилась женщина по имени Элизабет Тиммонсон. Она ведь связывалась с тобой насчет Ренуара? Почему ты прервал переговоры?
– Там сложная переписка, Эш. Раньше все оформлялось, как надо, а сейчас…
Конец предложения повис в воздухе.
– Если бы ты нанял кого-нибудь вместо…
У Тео сорвался голос.
– Я не намерен искать нового секретаря.
Похоже, подумала Жас, смерть жены, работавшей вместе с Тео в реставрационных проектах, оставила многие дела в подвешенном состоянии.
Она встала.
– Извините, я на минутку.
Девушка надеялась, что к моменту ее возвращения их препирательства закончатся.
Но через пять минут братья все еще спорили о том же.
– Это очень непростое дело, – горячился Тео. – В нашей документации есть квитанция о продаже.
– По утверждению Тиммонсон, клиент заявил, что его дед, продавший нам картину в тысяча девятьсот тридцать седьмом году, действовал под давлением и…
