Когда понимание этого всплыло в сознании, Жас ощутила, что обрела то, что тщетно искала раньше. Ее озарили мысли, недоступные прежде. Время исчезало. В этой новой Вселенной все, что когда-либо происходило с ней и с Тео, существовало теперь в одном плане бытия. Все события их жизни происходили одновременно. Прошлое слилось, наложилось, перекрылось, стало единым. Соединилось так же, как сплелись нити общего узора.
А затем он отпустил ее руки и разорвал связь.
В страшном хаосе ее покидали звуки, запахи и ощущения.
Тео тоже ее покинул. Поднялся на ноги и отпрянул, рванувшись в самую чащу. Быстро, как будто кто-то за ним гнался. Она побежала следом, выкрикивая его имя.
Не в силах догнать, она старалась хотя бы не терять его из виду.
Поначалу Жас думала только об этом и совершенно не следила за дорогой. Потом вдруг осознала, что они поднимаются по каменным ступеням, вырубленным прямо в горе. Вверх. Вверх. И еще. Куда вели ступени, Жас не видела, и это приводило ее в ярость. Все их прежние прогулки ограничивались недолгими подъемами по пологим склонам местных невысоких холмов. Но сейчас перед ней был совершенно другой ландшафт. Тропа вела вверх, оставляя верхушки деревьев далеко внизу. На каждом повороте Жас видела под ногами пропасть. Но Тео шел вперед, а она карабкалась за ним.
А потом он добрался до вершины. Остановился. Упал на колени, обхватив руками опущенную голову. Спина ходила ходуном. Что с ним?
Сквозь рев водопада до Жас едва доносились сдавленные рыдания. Нет, не рыдания – всего два слова…
– Не могу, – повторял он, стуча кулаком по земле. – Не могу. Не могу.
Вся переломанная жизнь в двух коротких словах.
Жас медленно одолела последние метры, стараясь не смотреть вниз. Какая здесь высота? Разобьется ли он, если упадет? А она? Ей овладела паника. Ноги отказывались идти дальше. Но бросить Тео она не могла. Дыхание стало частым и прерывистым, сердце билось как сумасшедшее. Она заставила себя пройти последние несколько шагов.
Камень, который принял его скорчившуюся фигуру, нависал над озером, куда низвергался водопад. У Жас закружилась голова. Что, если она потеряет равновесие и камнем полетит в ледяную воду? Она отступила на два шага. Три. Четыре. Еще мгновение – и она свихнется от ужаса и помчится прочь, не разбирая дороги.
Нельзя. Надо оттащить Тео от края. Она должна.
Вспомнив, чему учил ее Малахай, Жас сделала глубокий вздох: один, два, три, четыре… Потом удержала дыхание: один, два, три, четыре… Затем выдохнула: один, два, три, четыре… А затем снова.
Если она не сумеет справиться с нервами, то не сможет ему помочь. Тео к этому моменту поднялся с колен и находился даже ближе к обрыву, чем раньше.
Жас заставила себя шагнуть вперед. Заговорить с Тео или не стоит? Осознает ли он ее присутствие? Если он испугается ее голоса, то может рвануться, упасть и утянуть ее за собой. На мгновение ей стало кристально ясно: что бы она ни сделала сейчас, Тео все равно ее погубит. И, оставаясь с ним рядом, она обрекает себя на смерть.
Но это же безумие!
В ней как будто боролись два разных чувства.
Его волосы шевелил ветерок, гибкое длинное тело сотрясалось от рыданий.
Она шепнула:
– Тео? Тео, это я, Жас.
Наклонилась ближе.
– Давай отсюда уйдем.
Она не смотрела вниз, на воду.
– Тео? Здесь обрыв. Давай уйдем. Держись за мою руку.
Он не отзывался.
Передвигаясь на четвереньках, она подобралась к нему вплотную, поколебалась, а потом очень мягко и медленно взяла его за руку. Он не сопротивлялся, но пальцы оставались ледяными. Несколько мгновений ничего не происходило. Оба замерли, рука в руке. Прижавшись друг к другу, сплетясь. Жас вцепилась в его руку, словно в мост над пропастью – пропастью страха. Пройти над бездной – и выжить.
– Тео, ну что с тобой?
Он не ответил, только сделал шажок к обрыву, волоча ее следом.
Она не хотела, не собиралась – но выдернула руку. Она просто не могла за ним идти. Только… Если она не решится, что будет с Тео? Надо снова схватить его, и держать, и разговаривать, и попытаться увести от края. И чтобы сделать все это, она должна шагнуть за ним, прямо к обрыву…
Небо неожиданно и внезапно посерело. Жас понимала: это просто тучи закрыли солнце. Но казалось, что это Тео всасывает в себя дневной свет. Стало еще страшнее: а вдруг в наступившей темноте она не разглядит, где кончается твердая опора, и шагнет с обрыва?
А разве она этого не хочет?
Больше она не боялась бездны под ногами. Бездна манила, звала, обещала полет.
Что с ней происходит? Чем Тео ее угостил, если сейчас ее мучают галлюцинации еще более страшные, чем дома? Те искажали сознание, но были, по крайней мере, последовательны. Просто куски каких-то историй. В голове царил ужасный хаос.
Солнце по-прежнему пряталось за тучами. Жас замерзла. До нее долетали брызги от водопада. Проникали сквозь одежду… Ноги скользили на мокрых камнях.
