- Не плачьте. Для этого нет причин. Конечно, нет, с его точки зрения. Ведь он-то не любит ее. Кэролайн высвободила руку и смахнула слезы.
- Вы, видимо, думаете, что я веду себя как ребенок.
- Нет. В вас нет ничего ребяческого. Вы придете завтра? - спросил князь.
Кэролайн очень не хотелось, чтобы он покидал ее, но она сознавала абсурдность этой мысли.
- Да, - ответила девушка.
Князь кивнул и, помедлив, спросил:
- А как же Дэвисон?
- Я не понимаю вас.
- Он ухаживает за вами.
- Едва ли.
- Ваша бабушка права насчет Дэвисона. Он хороший молодой человек. И у него, Кэролайн, благородные намерения. Уверен, он влюблен в вас и со временем сделает вам предложение.
- Нет, вы ошибаетесь. Но почему вы мне это говорите?
- Я был обязан сказать. Если Дэвисон сделает вам предложение, вы должны серьезно подумать об этом.
Кэролайн растерялась. Почему князь так настойчиво советует ей выйти замуж за Энтони?
- Мы с ним просто друзья. И едва ли дружба перерастет в нечто большее.
- Ну а если он сделает предложение?
- Я не люблю его.
- Ах да, ведь вы романтик - и гордитесь этим, - проговорил князь с неожиданной нежностью. - Кэролайн, неужели вы не выйдете замуж за хорошего молодого человека - без любви?
Она покачала головой.
- Нет, я не смогла бы этого сделать. - Девушка в этот миг представила себя не с Энтони в строгой норманнской церкви, а с князем в величественном соборе. О Боже!
Северьянов неожиданно наклонился, и не успела Кэролайн опомниться, как оказалась в его крепких объятиях. Он прикоснулся губами к ее губам. Мягко, словно крылом бабочки. Она застонала.
Его горячие губы требовательно завладели ее губами, которые раскрылись навстречу ему. Она прижалась к груди князя, и золотые пуговицы впились ей в грудь. Но Кэролайн и не думала сопротивляться, а забыв обо всем, ответила на поцелуй Северьянова со страстью, в которой боялась признаться самой себе с тех самых пор, как впервые увидела его.
Их поцелуй в кухне, освещенной слабым светом свечи, длился бесконечно.
Наконец Северьянов оторвался от ее губ. Кэролайн взглянула в горящие глаза князя и спрятала лицо у него на груди. Что теперь будет? Он уйдет, а она завтра вернется к исполнению своих обязанностей компаньонки, будто ничего не произошло, будто не было мощной силы, бросившей их в объятия друг друга!
Князь все еще держал ее в своих объятиях - крепко, властно, упрямо, не желая выпускать из рук то, что принадлежит ему. И Кэролайн так же крепко прижималась к нему. Девушке хотелось навсегда остаться в его объятиях, но она понимала, что ей отпущено всего лишь мгновение. И, дорожа этим коротким мгновением, она старалась продлить его.
- Мне пора, - прошептал князь. - Я пришел сюда не для того, чтобы обладать тобой, как бы мне этого ни хотелось.
- Понимаю, ты должен идти.
"Он женат", - напомнила она себе. И вдруг почувствовала ненависть к Мари-Элен.
Северьянов отступил на шаг, не отрывая взгляда от Кэролайн. Его взгляд выражал неудовлетворенную страсть. Потом он ушел. А Кэролайн села за кухонный стол и расплакалась.
Глава 23
Проведя бессонную ночь, Кэролайн ровно в восемь утра пришла в дом Северьянова и успела позавтракать с Катей. Увидев Кэролайн, девочка просияла. Гувернантка сердито взглянула на нее. Раффальди в комнате не было.
- Доброе утро, - бодрым голосом сказала Кэролайн.
- Доброе утро, - буркнула Тэйчили.
- Здравствуйте, мисс Браун, - улыбнулась Катя. Кэролайн тоже улыбнулась ей.
- Сегодня прекрасный день. Хорошо бы отправиться в музей.
Тэйчили снова бросила на нее сердитый взгляд.
- Вы уже ознакомились с новым расписанием занятий для Кати? - спросила Кэролайн.
- Ознакомилась. Это полный абсурд! Где видано, чтобы маленькую девочку учили астрономии и философии? Разве это подготовит ее к жизни в обществе и к обязанностям супруги?
- Уверена, что подготовит. Итак, сегодня мы отведем два часа на экскурсию.
- Мы пойдем в музей? - Глазенки у Кати загорелись. - Я еще никогда не была в музее.
- Там есть специальный отдел, посвященный Древнему Египту. Но прежде чем идти туда, поговорим о фараонах.
- Я тоже не прочь поговорить о фараонах, - раздался голос Северьянова.
Кэролайн быстро обернулась. Князь стоял в дверях. Под глазами у него были темные круги. Видимо, он тоже провел беспокойную ночь.
- Доброе утро, - сказал он, обращаясь ко всем, но глядя только на Кэролайн.
- Доброе утро, папа, - улыбнулась Катя.
Князь подошел к дочери и поцеловал ее. Потом кивнул Тэйчили, которая сидела прямо, словно аршин проглотила.
Северьянов, конечно, застал Кэролайн врасплох, поэтому на нее сразу нахлынули воспоминания о прошлой ночи. Она надеялась, что никто не догадается о том, что произошло. Но как бы она ни старалась, ей не удавалось оторваться от его гипнотизирующего взгляда.
- Здравствуйте, мисс Браун. Не возражаете, если я присоединюсь к вам? Взгляд его затуманился. - Мне что-то не хочется завтракать в столовой.
Кэролайн знала, что князь никогда не завтракает с дочерью, и заметила удивление Кати. А уж Тэйчили была явно поражена.
Поскольку гувернантка и Катя промолчали, Кэролайн ответила:
- Будем рады. Как прошла ваша утренняя прогулка верхом?
